— Не, ну не говори, мужик. Вот я, прикинь, без документов границу пересекал. Баронессу тут встретил красивую, помочь ей решил. А у неё такой капец! Буквально весь мир против неё! Недавно такую веселуху устроили, барона целого нагнули!
— Да не звезди! — отмахнулся он, но глянул на меня и спросил:
— Что за барон-то хоть?
— Крицин. Придурок тот ещё.
— О-о-о, слышал о таком! У моего брата в своё время бизнес был, он с ним работал. Жадный мудак этот Крицин. Вечно придумывал, как недоплатить. А что с ним теперь, кстати?
— Да кончился он. Лишили его статуса. Территории забрали, людей его отдадут другим двергским родословным.
— Так ему и надо! — мужик усмехнулся. — Может даже нормальный кто появится вместо него. А то, блин, никакой род меня на работу брать не хочет. Задолбали уже. На копейки жить приходится.
— А ты кем работать можешь? — интересуюсь.
— Я? Механик! Изобретатель даже! Ты бы знал, как мы в шестьдесят восьмом машины, считай, из ничего собирали! Шли с братом на свалку, металл набирали и из всякого мусора что только не дали… И всё на колёсах! И ни копейки не тратили! Ну, только на моторы, иногда… Но я помню один раз даже свой паровой смогли сделать. Хорошие были времена, да…
— А сейчас, если тебе всё нужное дать, мотор создать сможешь? — на моё лицо сама собой наползла улыбка.
— Да соберу, конечно, как не собрать? Люблю это дело. И не такое смогу. Кто б только ресурсы дал?
— Дай мне свой номер, мужик, — я достал телефон и открыл контакты.
— Что? — он уставился на меня недоумённо. — Что б ты его мошенникам всяким предложил потом? Не-е-е, паря, так не пойдёт!
— Да ты не понял, мужик! Я на работу тебя взять думаю. Номер мне твой нужен, чтобы на собеседование позвать. Если пройдёшь, то моторы собирать мне будешь, машины чинить. Что хочешь, лишь бы пользу приносил. И брата своего тоже позвать можешь. А то я сейчас дело делаю, мне люди нужны.
— Знаю я ваши дела! — отмахнулся он.
— Нет, таких не знаешь, — утверждаю. — Если пройдёшь, то получишь шанс стать слугой рода. Нового рода. Про Немейдовых слышал? Они скоро у нас в регионе поселятся.
— И что, большой род? — нахмурился мужик.
— Маленький, — я махнул рукой. — Но зато очень амбициозный!
— Эй, цыпа, это вот этот, что ли? — прозвучал сзади незнакомый голос.
— Да, он самый. Разберись с ним, пожалуйста! — воскликнула Кэсс.
Я обернулся.
К нашей с мужиком лавке идёт тридцать разной степени крепкости парней с битами, монтировками, молотками… Да с чем только не идут! И у всех рожи грозные. Бить меня планируют. Улыбаются, представляя, как это будет легко, ага.
Я тоже улыбаюсь. А ещё улыбается Кэсс. Мы смотрим друг другу в глаза и, похоже, думаем примерно об одном:
“Это будет весело!”
— А что вас так мало? — тем временем уточняет тощий, нависая надо мной.
А вместе с ним нависает и вся его банда.
— Эй, мужики… — затрясся толстяк рядом со мной. — Вы чего? Мы ж просто тут сидим! Не губите нас, мы ничего плохого вам не делали.
— Это уже я решаю! — заявил длинноволосый. — Понял, жиртрест? А теперь сдриснул отсюда, пока я тебя не поломал!
Мужик бросил на меня испуганный взгляд, но я лишь отмахнулся. Он встал и пошёл через начавшийся образовываться коридор между бандитами, но вдруг…
— Эй, ты чо, реально думал отсюда уйти?! Думал, перехитрил нас? Сейчас сбежишь и вызовешь подмогу? Хер тебе, Чмырь! Ща оба получите!
Толстяк теперь валяется под ногами Говнюков и смотрит на них снизу вверх своими полными ужаса глазами.
— А ты чего лыбишься, дерьма кусок? — бросил мне длинноволосый. — Руки сюда тяни! Ща ломать буду!
Я вытянул руки ему навстречу.
— Фига, какой послушный, — улыбнулся парень и взялся за мой палец.
Одно движение и…
— А-а-а-а-а-а-а-а! — заорал он с пробитым золотой иглой локтём. — Твою мать! Что за херня?!
Все бандиты вокруг внезапно кинулись на меня, а я к толстяку. Ведь ему сейчас тоже достанется. Нельзя этого допустить. Сзади послышались крики боли — это Кэсс начала раздавать придуркам тумаки.
— Ах ты сука! — заорал кто-то.
Я же тем временем скинул из под одежды золотые пластины, что прикрыли толстого механика. Он обернулся на меня с ошарашенными глазами. Бандиты тоже, а потом смотреть они уже не смогли. Из золотого щита вырвались золотые шарики и ударили им по челюстям, нокаутируя.
Они попадали. Другие Говнюки, воспользовавшись открывшимся пространством, попытались замахнуться оружием. Резко перемещаюсь одному из них за спину. Резкий удар по шее, и он падает.
Свистнула плеть Кэсс, щёлкнула. Раздались крики боли. Я огляделся и увидел, как некоторые из Говнюков попытались дать дёру. Да вот только девушка обрушила на них ментальный удар и они притормозили. Вскоре после этого их нагнала плеть.
Перешагивая через бессознательные тела, я прошёл к тому самому длинноволосому придурку. Он валяется на земле в ужасе и боится даже пошевелиться.
Молодец Кэсс, сохранила нам хотя бы одного сознательного.
— Ну что, парень, поговорим? — я присел обратно на лавку.
