Он и провёл нас через грушевые сады, мерцающие тысячами бликов коридоры и ещё всякое, что явно должно показать величие рода. И он реально велик! Очень радует, что именно с такими людьми нам повезло наладить связи. Очень удивляет, что именно им мы смогли так сильно помочь.
Мероприятие Красные решили провести в пристройке, чем-то напоминающей гигантскую беседку. Свежий воздух пропитан запахом цветов, легкая музыка и такой же лёгкий гомон толпы. Стоят столы с яствами, танцуют пары, пары глаз пытаются просверлить нас насквозь.
Одна из них принадлежит просто замечательному человеку — гордому, сильному и просто главе города, что смотрит на нас, крепко стиснув зубы. Так же в рядах особенно внимательно смотрящих есть Глебушек Смертин — парень пырит на нас с насмешкой, что-то представляя в своей грязной фантазии. Последний же человек, встречающий нас столь пристальным вниманием — сам виновник торжества, Дима Красный.
Он одновременно с главой города двинулся нам навстречу и, приблизившись достаточно, эти двое столкнулись друг с другом.
Недодверг при том бросил на нас короткий взгляд, который Дима успешно проследил и всё понял.
— О, Тимур Константинович, неужели мы идём в одну сторону? Тоже хотите пообщаться с этими замечательными людьми? — последнее он сказал уже подходя к нам.
— Здравствуйте, Дмитрий, Тимур Константинович, — только и успела улыбнуться Кэсс, но завершить церемонию приветствий нам с ней не дали.
Да даже начать толком, блин! У главы города были иные планы:
— Дмитрий, прошу прощения за наглость… — он даже неловко потупил взгляд. — Но у нас с этими двумя молодыми людьми есть одна общая тема, которую необходимо в срочном порядке обсудить. Вы не против, если мы втроём ненадолго отойдём в сторону? Обещаю вам вскоре вернуть этих двоих в целости и сохранности.
Парень горестно вздохнул, как будто ему часть сердца отрывают и сообщил:
— Обидно, что так, но я не имею наглости помешать вашим делам. Потому не против подождать своих дорогих гостей, если они, конечно, не против с вами пройти.
В последних словах Димы явно был намёк. Кэсс его тут же считала, ответив:
— Я против!
Я же на него забил, тут же сказав:
— Конечно же не против! Я буду рад обсудить с вами любой вопрос, Тимур Константинович!
Недодверг от такого пыла противоположностей встал в ступор секунд на десять. Воспользовавшись свободным мгновением, я взглянул на девушку и подмигнул ей.
— Ну ладно, я тоже пойду, — отозвалась она.
Дима, смотря на это всё, лишь посмеивался глазами. Когда мы, наконец, отошли в сторону, глава города начал:
— Вы хотите стать моими врагами? — голос его холодный, пробирающий.
— Никак нет, — с широченной улыбкой я деланно отдал честь.
Но он не обратил на мой спектакль внимания, продолжая.
— Тогда какого хрена припёрлись сюда? Я же говорил, что вас здесь ждут только проблемы.
— Потому что это наш праздник. Если будут проблемы, мы их решим. Но пропускать такое недопустимо.
— Как самоуверенно! — всплеснул руками мужчина. — То есть вы всё же хотите быть моими врагами?
— Нет, конечно, — отвечаю спокойно. — Но если вдруг вы решите таким образом изменить наши отношения, то нам ничего не останется, кроме как принять это.
— И умереть, — добавил недодверг.
— Ну, кто-то точно умрёт, — я неопределённо покрутил рукой в воздухе.
Собеседник нахмурился и обратился к Кэсс:
— А ты чего молчишь? Или вы уже перестали быть союзниками и ты стала его вассалом, раз не смеешь даже рот открыть при хозяине?
То, как она на него посмотрела… Даже я почувствовал эту по-настоящему осязаемую злость, а ведь она даже не на меня направлена.
— Я ничего не говорю лишь потому, что доверяю своему союзнику. В отличие от вас, он не смеет меня использовать в своих целях. Мы сотрудничаем взаи-мо-вы-год-но! Понимаете? Или у вас такого в жизни не бывает?
— Ты бросаешь мне вызов, девка? — презрительно цикнув, утырок поморщился.
— Воспринимай как хочешь.
На несколько десятков секунд повисла напряжённая пауза. Я с интересом жду продолжения, Кэсс уверенно смотрит прямо в глаза Тимуру Константиновичу, он думает.
— Ну… Допустим. Если переживёте бал, ещё поговорим.
Оставив за собой последнее слово он резко развернулся к нам спиной и медленно пошёл прочь, вальяжно раскачиваясь из стороны в сторону. Мы всё так же стоим. На моём лице появилась заинтересованная улыбка, Кэсс яростно сжимает кулаки и скалит зубы.
— Ну что, дорогие мои, готовы? Сегодня будет жарко! — заявил Дима с улыбкой.
При том он не преминул намекнуть на то, что догадывается о наших отношения с главой города, бросив:
— Если что, мои люди сегодня за всем проследят. Вам ничего не угрожает как сейчас, так и по дороге домой.
А дальше всё затихло. Не потому, что праздник тусклый, нет. Просто на сцену вышел мужчина в годах с длинными седыми бакенбардами. Он осмотрел людей вокруг, улыбнулся некоторым из них со сцены, похмыкал, постучал по головке микрофона и принялся говорить:
