Говорить решила Бри. С молчаливого согласия детектива Уокер, как показалось Еве.
— Мистер Вик, женщина, представлявшаяся вам как Сарайо Уайтхед, разыскивается по другому делу. Выяснилось, что она устроилась к вам на работу по поддельным документам. И у нас есть веские улики, указывающие на то, что она разыграла изнасилование.
— Мать-перемать, двойной пардон! — Мистер Вик переступил с ноги на ногу; его обширный живот перекатился волной цунами. — Я ей тогда недельную зарплату выдал, чтобы легче было справиться. Виноватым себя чувствовал — это ж я ее попросил тогда бар на ночь закрыть, и камеры там не было. На кой хрен это ей было нужно? — Он уже не извинялся за прямоту выражений.
— Мистер Вик, дело вот в чем: мы полагаем, той ночью она добровольно занималась тут с кем-то сексом. Знаю, мы вас и всех, кто в ту ночь тут был, уже спрашивали. Но учитывая эту новую информацию — у вас нет предположений, кого она могла бы впустить после закрытия?
— Уж точно никого из постоянных клиентов. Я им лично каждому допрос с пристрастием устроил. — Он машинально тер стойку тряпкой. — Был один, из проезжих… С тем описанием, что она дала, ничего общего. Она говорила, тот был здоровый, наполовину мексиканец, глаза и волосы черные. А этот был бледный как зад ирландца — пардон, — опять спохватился он, — и тощий. Волосы желтые. Трепался слишком уж много. Сказал, приезжал на похороны папаши, терпеть его все равно не мог, потом назад в Кентукки. Я в тот день около двенадцати ушел, он тут все еще ошивался. Но штука в том, что никакого ножа у него не было, а такого, как он, Сарайо чуть что по стенке могла размазать. Я на него даже и не подумал.
— А имя он свое не упоминал?
— Может, и называл за болтовней. Дайте подумать. — Вик прикрыл глаза. — Честер. Точно, говорил, назвали в честь его старика. Фамилию не говорил, мне, по крайней мере. Но в тот день за баром была Сарайо, а я на кассе. Если он расплачивался карточкой, можно его найти.
— Вы бы нам этим сильно помогли, мистер Вик.
— Вы погодите. Налить вам чего-нибудь?
— Нет, не нужно. Но спасибо за предложение.
— Лару, побудь за стойкой! — крикнул Вик и понес свой колышущийся живот в служебное помещение.
— Интересно, насколько бледный зад у ирландца? — задумчиво вопросила Ева негромким голосом.
— Дорогая, ну уж ты-то должна это знать, — в тон ей ответил Рорк.
Анналин хихикнула.
— Я раньше встречалась с парнем по имени Колин Макги, он был почти стопроцентный ирландец. Зад у него был отменно белый.
— Да с кем ты только раньше не встречалась, — отозвалась Бри, не сводя глаз с двери, за которой скрылся Вик, словно усилием воли она могла заставить его найти то, что им было нужно.
— Я всегда предпочитала пробовать всего понемножку. Того откусить, сего. А у вас как служба с семейной жизнью сочетается? — спросила она Еву.
— Голодать не приходится. Скажите, память у этого Вика и впрямь настолько безотказная?
— Абсолютно, — подтвердила та. — Когда мы к нему тогда пришли, он по памяти выдал имена всех постоянных посетителей, когда кто освобождается с работы и что он о каждом из них думает. Плюс фамилии тех, кто раньше у него работал, на случай, если это один из них решил отыграться.
Дверь отворилась и из нее, переваливаясь, вышел Вик с распечаткой в руке.
— Точно, карточкой заплатил. Честер Гиббонс. — Он протянул листок Бри.
— Спасибо, мистер Вик, вы нам здорово помогли.
— Если она и впрямь это сделала, надеюсь, вы ее крепко прижмете. Я ей звонил, когда она перестала на работу выходить, даже домой к ней съездил. Волновался за нее — ну и совесть тоже мучила. А она свалила прямо со всеми вещами. Думал, просто не могла тут больше оставаться… — Он сокрушенно покачал головой. — Что-то вы не похожи на копа, — добавил он, охватив взглядом Рорка.
— Верно, спасибо, что заметили.
— Ирландец, точно? Да, ваш брат пить умеет — без обид. Прошу в любое время, обслужу по первому классу.
— Буду иметь в виду, — улыбнулся Рорк.
— У меня есть еще пара вопросов, — вступила Ева.
— А вот вы — точно коп.
— Верно, спасибо, что заметили.
Вик довольно ухмыльнулся.
— Но не из наших мест, — уточнил он.
— Из Нью-Йорка. У вас впечатляющая память, мистер Вик. Когда Сарайо пришла к вам работать?
— В прошлом году это было, в середине августа. Пришла, помню, в субботу вечером, сказала, работу ищет. Работы было завались, давай, говорю, приступай. Решил, посмотрю, справится — возьму. Видно было, в баре она знала, что к чему. Как разливать, когда поговорить, когда молчать. И выглядела ничего так. Даже алкашам нравится, чтоб им симпатичная женщина наливала.
— И вы ее ни о чем не расспрашивали?
— Прямо тогда нет. Но когда оформлял, конечно, задал кое-какие вопросы. Сказала, она из Западной Виргинии, мужик ее бросил, решила начать с чистого листа. Дело свое знала. Дружелюбием особым не отличалась, но дело знала.
— Наблюдательный человек типа вас не мог не заметить, что она — наркоманка.
Вик пожал плечами, качнув животом:
— Может, и заметил, что она стимуляторами баловалась. Но в баре я ее за этим не застукивал, и работе это не мешало. Так что, не мое дело.