— Об этом потом переживать будем, мои хорошие.
— Неужели мы ничем не можем ему помочь? Он вот так просто от нас отстраняется? — вступил первый.
Четвертый, тот, что в костюме, присоединился к третьему и смотрел в окно.
— Этот мистер Потч задал им жару, м-м? — сказал третий.
— Как нам его остановить? Я не могу увидеть его! — долетел растерянный крик из чьей-то головы.
— Не стоит беспокоиться. Я уже все продумал еще триста шестьдесят четыре секунды назад, — улыбаясь, говорил четвертый.
— Что ты придумал? Почему мы об этом ничего не знаем? — спросил второй.
— Потому, что… А! — вдруг вскинул руки тот, — Не вижу больше смысла тянуть!
Трое не успели и пошевелиться, как в палату, через новые и новые двери стали вваливаться чистые копии четвертого. Их было так много, что ни одного человека в полосатой пижаме видно не было. Их больше не было. Спустя миг в палате остался один лишь четвертый. Он слегка кивал в такт мелодии, которую наигрывал сидящий за роялем Потч. Смотрел, как медленно исчезающие фигуры ранее живого персонала бороздили по лишенному смысла пространству, моля о помощи, не понимая, что происходит.
Щелкнул пальцами и исчез сам. Отправился туда, куда сам захотел. И никто не мог сказать ему, что делать.
— Раньше ты не мог видеть меня сразу. Я думал, стоит подождать, — ответил незнакомец с длинными завязанными волосами.
— Ты? Ты, — это кто? — не мог понять Рик, сидя на своей кровати, глядя на свои полосатые штаны.
— Сначала я подумал, что ты изменился, но сейчас убеждаюсь в обратном. Ты безумен…
— Безумен тот, кто не может понять безумца? Или безумец тот, кто не может объясниться перед здоровым человеком?
— У меня есть вопросы. И время… теперь тоже есть. — слабо щурясь, продолжил он.
— О, ну конечно, у тебя есть вопросы… Мне интересно только… Какие именно из них ты будешь задавать?
— А ты знаешь, что я хочу у тебя спросить?
— Вариантов много, но ведь они не бесконечны, верно? — отводя взгляд, отвечал безумец.
Незнакомец сделал короткую паузу, слабо кривясь, щурясь, он, казалось, пытался понять, что он говорит. Судя по глазам, значительного успеха он не достиг. Затем продолжил:
— Раз я в будущем, то я хочу у тебя спросить…
— В будущем? Это все, к чему вы с ним пришли? — перебил Рик, выкидывая новые вопросы.
— “С ним?” Шутишь?
Человек нагло пробежался по нему глазами уже во второй раз. Он, видимо, оценивал его.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Того, с кем ты общался до этого, сейчас здесь нет. Способен ли ты понять это?
— Я понимаю, что ты сумасшедший…
— Хорошо! Давай так? Понимаешь ли ты, почему появляешься, — если это будущее, — то именно здесь? В этой палате? Рядом со мной? Задумывался?
— Это имеет какое-то значение? Я могу выйти отсюда, если захочу.
— Ты так в этом уверен?
Человек подошел к зарешеченному окну. Снова взглянул на бесконечно огромное нечто, заставленное квадратными железными горами, разрезающими облака. Так он видел пустоту, навязанную системой.
Протянул руку к двери…
— Мне кажется, что ты не до конца понимаешь, в каком ты положении… — тихо проговорил Рик.
Он использовал свою силу и копался у него в голове, чтобы понять, кто это. По незнакомцу было видно, что это сильно ему мешает. Он не мог заставить свое тело даже просто притронуться к двери. Он тянулся к ручке своей деревянной рукой-протезом, но, даже прилагая все силы, что у него были, он не мог. Не мог себя заставить.
— А сейчас ты наверняка бы вытянулся, как струна, и крикнул: “Парадокс”! Жаль, что ты слов таких не знаешь, а мне не будет веселья посмотреть на это.
— Что со мной не так? Почему я не могу…
Наконец, копаясь у него в голове, он смог выудить некоторые знания. Теперь он знал его имя.
— Все просто, Такендо, друг мой. Я не хочу, чтобы ты выходил отсюда. Мы еще не закончили наш разговор.
— Ты тоже владеешь магией? Управляешь мной?
Рик слышал, как билось его сердце. Если он продолжил давить на него, то может потерять…
— Нет нужды бояться, Такендо. У тебя же были вопросы, да? — хихикнул тот.
Теперь человек остолбенел. Он понял, что говорили они на разных языках, но все равно понимали друг друга.
— Как?
Голоса. Тысячи голосов в голове все сильнее давили на Рика, вытесняя его. Ему было все сложнее и сложнее представлять из себя того, кем он был.
— Отличный вопрос, друг! Вот такие я люблю! Просто и строго, да? Отвечаю: ты любишь шахматы?
— Что еще за шахматы?
— О! Это такая… игра, знаешь? Ну, в данном случае, это удобный способ объяснить тебе одну сложную, но на самом деле очень простую вещь!
— Игра…
— Смотри сюда.
Карнаги провел рукой над простыней и на кровати появилась совсем новенькая шахматная доска, на которой не было фигур.
— Как ты это сделал?
— Ты уверен, что у тебя голова не лопнет, если я буду отвечать на все возникающие у тебя вопросы, дружочек?
Такендо молчал.
— Хорошо! Смотри теперь сюда! Я, — король.
Затем он разжал кулак, и в ладони у него появилась соответствующая шахматная фигурка, — он поставил ее по центру доски.
— Понял, нет? Это — я. А вот это…
Человек поставил на доску еще одну фигурку, повторив аналогичные действия до этого:
— Ты!
Теперь на доске была еще и пешка.
