Йорик: По крайней мере, забавно. Ты бы видел их рожи! Особенно то, как некоторые старались себя подать: гордо поднятая голова, орлиный взор, царственные жесты — не поэт-самоучка, а Певец, Глас народа. Умора да и только!
Марио: А чего ты хотел? Надо же людям как-то потешить свое самолюбие. Пусть думают о себе что хотят, это не изменит качества их «продукции». (Он отбрасывает книжицу.) Это вообще ничего не изменит…. Знаешь, в последнее время мне начинает казаться, что самые совершенные из людей — это, отнюдь, не гении, а люди самые обыкновенные. Те, кто просто живет, не задумываясь о высоких материях, работает, что-то создает, строит, веселится по мере возможности, рожает и растит детей. На них все держится. Они — соль земли, как это принято говорить. И выходит, что те, кто в силу ряда причин смог возвыситься над ними, «гении» и «злодеи» — это всего лишь издержки цивилизации… Вот только странно мне, почему же я-то не хочу быть таким, как все… Интересно, зачем это я понадобился господину Инсидиусу?
Йорик: Понятия не имею. Наверное, опять затеял что-то гадкое и хочет туда и тебя впутать. Хуже нет, когда до власти дорываются такие, как он, выслужившиеся «из простых лягушек».
Марио: И то удивительно, как это ему удалось, с его-то скудоумием.
Йорик: Что, однако, не мешает ему строить козни… (Доев яблоко, подбирает со стола несколько рукописных листов, просматривает их) Дашь почитать?
Марио(поднимается с дивана, потягивается): Не сейчас, попозже. Надо еще кое-что доработать. Ты тут у меня ничего не перепутай.
Йорик(спрыгивает со стола): Ну ладно, я побегу. В общем, как договорились: часиков в шесть я за тобой зайду.
Марио: Хорошо, я буду ждать.
<p>СЦЕНА ТРЕТЬЯ</p>(Гостиная комната в доме Инсидиас. Лура нервно наводит и без того уже наведенный порядок: переставляет с места на место различные безделушки, уже в десятый раз смахивает с мебели пыль.)
ЛаураДолжно быть, он совсем не изменился,Хоть столько лет прошло с тех пор.Наверное, все так же меня он осуждает,Простить не может,Хоть за давностью и позабыть пора,Как я сама когда-то позабыла.Заставила забыть, что я когда-тоМечтала об ином и думала совсем иначеИ презирала тех, кем стала я сейчас,Крича о том налево и направо.Ах, Марио! Зачем ты иногдаЯвляешься как призрак предо мною?И хоть с тех давних порНи словом не обмолвились с тобою,Один твой вид меня тревожит,Напоминая всякий раз о том предательстве,Что совершила я когда-то. Ах, Марио!Ты мучаешь меня!И за терзания эти тебя я ненавидеть уж готова!(Внезапно в комнату входит Марио)ЛаураАх!(От неожиданности садится в кресло)
МариоДень добрый, милая Лаура.ЛаураКак напугал меня ты! И как же ты посмел,Как смог войти сюда ты без доклада?!Марио: К чему доклад, если я уже ухожу?
Лаура: Уходишь?
Марио: Да. Я уже имел такое удовольствие поговорить с твоим мужем.
ЛаураТак от чего ж явился ты сюда?Уже ли хочешь ты сказать,Что перепутал двери?Марио: Нет. Я знал, что ты где-то здесь. Я просто хотел задать тебе один вопрос. Один-единственный вопрос.
Лаура: Какой же? Говори!
Марио: Ты счастлива?
Лаура: Вполне.
Марио: Да. Я знал, что ответ у тебя тоже заготовлен.
ЛаураЧто хочешь ты сказать мне этим?Марио: Нет, ничего. О чем можно говорить с человеком, который не верит даже себе самому. М-да, тяжелый случай. Но, «Каждому свое», как гласит надпись, которую я где-то видел.
ЛаураПоди же прочь! Тебя я ненавижу!
