Ей не хватало воздуха, и она вся дрожала. Мэйс потянулся и выключил воду. Прижав ее к себе, он помог ей выйти из ванны. Робин попыталась дотянуться до полотенца, но Мэйс остановил.
– Позволь мне, – прошептал он и наклонился, чтобы слизнуть с ее груди капельку воды. – Это божественно, – нежно произнес он и снял капельку с другой груди.
Словно в оцепенении, Робин стащила полотенца с вешалки. Мэйс взял их у нее и уронил одно на пол. С подчеркнутым вниманием и заботой он начал ее вытирать, лаская каждый вытертый кусочек тела. Робин терпела эту сладкую муку, пока он не дошел до бедер.
– О, нет, – взмолилась она. Она знала, что он собирается делать.
Но Мэйс настоял и продолжал эту восхитительно приятную «работу», медленно высушивая чувственные зоны полотенцем, а потом проверяя «качество работы» губами.
Только когда она решила, что больше не может этого выносить, он отдал ей другое полотенце.
– Теперь твоя очередь, – пригласил он ее и поцеловал в приоткрытые губы.
А через пять минут Мэйс уже умолял ее остановиться.
– Хватит! – воскликнул он и схватил ее за руки, чтобы она не смогла дотянуться до сверхчувствительной зоны.
Хрипло смеясь, Робин опустилась на коврик. Она с наслаждением рассматривала его сильное тело, когда он устраивался рядом с ней.
Он оперся на локоть.
– Ты прекрасна, – прошептал он и дотронулся пальцем до ее рта.
Робин, улыбаясь, приоткрыла рот и зажала кончик его пальца своими легкими губами.
Медленно, как бы наслаждаясь этим последним моментом, он приподнялся над ней. Робин инстинктивно изогнула свое тело и слилась с его телом, стремясь найти выход страстному желанию.
Когда он мучительно медленным надавливанием соединил их тела, она легко вскрикнула, а он застонал. Некоторое время Робин чувствовала и вела себя, как невеста, а потом он показал ей, что от нее хотел.
– Вот так хорошо, девочка моя, прикоснись ко мне, – прошептал он, ритмично качаясь над ней, а губы блуждали по ее лицу и плечам.
– Мэйс… – она вздохнула и открыла рот чтобы принять жадный поцелуй. Ее руки ласкали его плечи и наслаждались от ощущения жестких мускулов. В тот момент она осознавала только их близость.
Его ласки доводили ее до безумия, взмывали к новым высотам сексуального блаженства.
Реальность вернулась в форме нетерпеливого стука во входную дверь. Робин услышала, как Мэйс пробормотал проклятия, но она губами успокоила его раздражение. Кто бы там ни был за дверью, может подождать.
– Я еще тобой не насытилась, – хрипловато поддразнила она его и крепко обняла за талию, пытаясь удержать, извиваясь и изгибаясь под сильным телом, нашептывала нежные шаловливые слова.
– Бесстыдница, – сказал он.
Робин наконец выпустила его из своих объятий. Некоторое время она лежала, полностью обессилевшая, вспоминая, что кто-то подходил к двери, и удивилась, кто бы это мог быть.
Мэйс, казалось, рядом с ней заснул. Робин взглянула на него, раздумывая, стоит ли его будить. Коврик был мягкий и толстый, но для Мэйса это было не так уж удобно.
– Что-то замышляешь? – тихо спросил он, когда заметил, что она протянула руку, чтобы его потрясти.
– Нет. Опять хочу пригласить в душ.
– Приятно слышать.
– Я пойду первая. А потом ты, – сказала она и села. – Я все думаю, кто это хотел нас прервать. – Мягко улыбаясь, она сняла волосок с его тела. – Наверное, Моника.
– Или Раджан, – парировал он. – Мне надо… – Он вовремя остановился и обрадовался тому, что Робин была занята регулированием воды.
Эти слова не прошли мимо нее. Робин вспомнила их и задумалась, что же Мэйс начал говорить. «Мне надо…» Что?
Она затаила дыхание. Мог ли Мэйс отослать Раджана? А если так, то какой использовал повод? Неприятные мысли заставили ее нахмуриться. Могло ли случиться так, что Мэйс?.. Нет! Мэйс с его проницательностью не мог поверить, что она позволит себе увлечься мужчиной такого типа.
В ванную опять вошел Мэйс. Но уже в джинсах и спортивной рубашке. Было видно, что он рассержен.
– Только не говори, что действительно сюда заявилась Моника.
– Нет. – Мэйс криво улыбнулся. – Пришел Блам.
– Ричард? – О, Боже, как я могла о нем забыть!
– Только не говори, что не знала, что он собирался прийти. – Показалось ли ей или на самом деле в его черных, как смоль, глазах на мгновение проскользнула мрачная усталость?
Женщина почувствовала комок в горле. Она вспомнила, что рано утром звонил Ричард, и они условились пойти пообедать, только не договорились когда.
– Я знала, Мэйс, но забыла. У меня вылетело из головы.
– Я сказал ему, что ты спустишься к нему через несколько минут. – Что-то в его голосе вызвало у нее нервную дрожь.
– Спасибо, – пробормотала она.
– Робин. Но зачем?
– Он старый друг, Мэйс. Ты знаешь об этом. И что из того, что я с ним пообедаю?
– Какую дьявольскую игру ты со мной затеяла? – Его правая рука сжалась в увесистый кулак, и он ощущал неистовую потребность ударить по чему-нибудь.
Робин замигала, потрясенная его словами.
– Я не затевала никаких игр!
