Часов в девять утра позвонил дежурный по РУВД и сообщил, что на 27 Рабочей в частном доме обнаружены тела пожилой женщины и двоих детей, мальчика и девочки со следами насильственной смерти. Когда я приехал на место, то застал там ответственного по УВД области Шерстнева Юрия Николаевича. Мне повезло, Юрий Николаевич принял «удар» от жителей улицы, толпившихся у дома, где всё это произошло, на себя. Кто не помнит, напомню – девяностые годы двадцатого века представляли из себя симбиоз разрухи государственных предприятий и оболванивания трудящихся лозунгами о демократии, которая, почему то касалась только особо приближенных к телу тогдашнего руководителя страны. А народ, в основной его массе не получал зарплату месяцами, дети сидели голодные, предприятия стояли, но коробки с долларами, известные всем люди, куда – то и кому – то, носили. А тут еще и такое преступление на тихой вполне улице, где, как раз и проживали те, кто трудился на предприятиях, которые стояли. Осмотрев место преступления и, чтобы не мешать работе экспертов и следователей, мы с ребятами из уголовного розыска вышли в ограду. Надо было на ходу определить первые шаги наших действий.
«Андрей, не мне тебя учить, отправляй ребят на подомовой обход. Только, чтобы всё до мелочей и подробно выспрашивали. Благо сегодня воскресенье, значит, большинство должны быть дома. План оперативно розыскных завтра с утра мне на стол» обратился я к, уже знакомому вам, Андрею Борисенко. А сам присоединился к Шерстневу, который всё ещё общался с жителями близлежащих домов и попросил их, по возможности, рассказать оперативникам всё, что им может быть известно. К концу осмотра места происшествия подъехала родственница убитой. Осмотрев дом, она сказала, что не видит, что бы что – то из вещей пропало. В принципе и наш осмотр не выявил таких следов. По предварительной оценке судмедэксперта смерть всех троих наступила часов 12 – 14 назад, а значит в районе восьми часов вечера субботы.
На следующее утро на планерке мы обсудили план работы по установлению лиц, причастных к данному преступлению и опера уехали продолжить подомовой обход с охватом большего пространства. Борисенко поехал в морг на вскрытие, а затем в экспертно – криминалистический отдел УВД. После обеда в РУВД приехал первый заместитель начальника УВД полковник Радивил Сергей Федорович.
« Какие новости и что сейчас делается, чтобы в кратчайшие сроки выйти на след этих негодяев?» обратился он ко мне.
Я доложил ему обстановку на сегодняшний день. Рассказал кто и чем занимается по этому делу.
«Если нужна будет помощь в людях – доложи мне» распорядился Сергей Федорович и уехал.
Убийство трех и более человек это ЧП и о нем сразу докладывается в министерство.
Вечером Борисенко доложил о проделанной работе. Что – то в его докладе и взгляде меня насторожило.
«В чем дело, Андрей?» задал я ему вопрос.
«Константин Владимирович, не буду опережать события, да и «ниточка» очень тонкая, давайте завтра я всё объясню. Нам еще нужно проверить одну маленькую зацепочку» ответил мне Борисенко.
Знаете, когда сам пропустил через себя вот такие моменты поиска, когда где то там, в подсознании начинают постепенно вырисовываться контуры, ещё не всей, но уже отчетливо просматривающиеся картины в это время постороннее вмешательство может только навредить. Поэтому я и не стал утомлять Андрея расспросами. Но себе пометил – «лучик, хоть и маленький» засветился в конце тоннеля.
Проведя планерку с начальниками отделов, поинтересовался у начальника УР Виталия Пилюгина, как обстоят дела у Борисенко.
«Они все на выезде, еще с раннего утра уехали» доложил он.
«Значит, а что это значит? А это значит, что какие – то подвижки имеют место быть». Это уже я поразмышлял про себя.
Где – то через час раздался междугородний звонок. Звонили из УУР МВД России.
Позвонивший представился и спросил про тройное убийство. Его интересовало состояние дел и возможные сроки раскрытия.
«Работаем, сроки назвать не могу, но сделаем всё от нас зависящее» ответствовал я. Что я мог еще сказать? Я привык смотреть на вещи реально и оперировать фактами имеющими подтверждение. А так, давать пустые обещания это просто колыхание воздуха.
Я спускался вниз на первый этаж в дежурную часть, когда увидел Борисенко. Вид у него был усталый и, чувствовалась какое – то напряжение во всей его фигуре.
«Андрей, что случилось?» задал я вопрос.
«Взяли, Константин Владимирович» ответил он, и я понял, кого взяли.
«А что ты так напряжен?»
«Да подонок этот племянником оказался убитой женщине и родственником детям».
Раскрывать убийства, доложу я вам, это очень большая нагрузка на психику. А, когда это связанно с убийством детей – в разы больше.
