Поэтому Хантер опустился на колено под «Свободных девушек» Бейонсе. Он, конечно, устроил целое шоу: сначала, ослепительно улыбаясь толпе, покрутил подвязку на указательном пальце, а затем медленно поднял мою ногу и, нежно поцеловав коленку, натянул подвязку на голень.
— С нами сегодня джентльмен? — спросил диджей в микрофон. — Или он поднимется выше?
Порочный блеск в глазах Хантера сообщил мне, что он и не планирует быть джентльменом. Следующие несколько минут, пока мужская половина гостей скандировала «выше», Хантер поднимал повязку вверх по моей ноге. И не просто поднимал ее, а еще и кружил большим пальцем по моей коже. Добравшись до середины бедра, Хантер сжал мою ногу, привлекая внимание, и наши взгляды встретились.
А потом его рука скользнула выше.
Меня бесило свое бессилие перед ним. Бесило то, что мои руки повисли плетьми, а голос — обычно достаточно громкий — словно пропал. Но эффект от его ласки был неоспорим. Мои соски напряглись, дыхание стало неровным, а кожа покрылась мурашками. Я возбудилась гораздо сильнее, чем следовало. И не только из-за его руки — но от того, как он смотрел на меня. Я видела, что и он возбудился, и мне это нравилось.
Пальцы Хантера, двигаясь неспешно и чувственно, добрались до самого верха, и я ощутила излучаемое ими тепло.
За нами наблюдала толпа, но благодаря платью подружки невесты никто не видел, насколько высоко он поднялся. И хотя для меня эта безумная сцена разыгрывалось в замедленном эротическом темпе, Бейонсе еще даже не закончила петь для одиноких девушек.
Хантер позволил руке соскользнуть вниз, к колену, и, подавшись вперед, сжал его.
— Даже не пытайся соврать, что я один это почувствовал.
Диджей призвал всех поаплодировать нам. Хантер поцеловал меня в щеку, встал и протянул руку, чтобы помочь мне подняться. Я все еще находилась в полном оцепенении.
Анна нахмурилась.
— С тобой все хорошо?
Я прочистила горло.
— Мне нужно выпить.
— Как вы смотрите на то, чтобы вчетвером пропустить по бокальчику в баре? — спросил новоиспеченный муж Анны.
За первым бокальчиком последовал второй, за вторым третий, а после третьего…
ГЛАВА 3
Голова раскалывалась, а все мышцы ныли. На подушке расплылось мокрое пятно — должно быть, я полночи пускала слюни. Не поднимая головы, я оглядела номер и заметила на полке в углу свой чемодан…
Я помнила, как мы вчетвером — я, Анна, Дерек и Хантер — пошли в бар. Как Хантер поднял тост за три самые необходимые вещи в жизни: полную чашу, верного друга и красивую женщину —
А после этого наступал провал в памяти. Я хоть убей не помнила, как ушла со свадьбы и оказалась в отеле. Дотянувшись до тумбочки, я взяла телефон и проверила время. Проклятье. Было почти десять утра, а мой самолет улетал в час. Только я собралась вытащить свою задницу из кровати, как меня остановил какой-то шум.
Он напоминал храп.
Лежа на боку, я повернула голову к источнику звука.
И, обнаружив его, замерла.
Я была абсолютно уверена, что мое сердце пропустило удар или два.
Спиной ко мне лежал мужчина. И по ширине его плеч было понятно, что это не просто какой-то мужчина. И все же мне нужно было убедиться наверняка. Затаив дыхание, я приподнялась над его крепким телом и заглянула в лицо. Как только я узнала Хантера, он снова всхрапнул, и я соскочила с кровати. Взяв себя в руки, я замерла, чтобы не разбудить его.
Я прошла на цыпочках в ванную. Мое сердце часто стучало, а мозг отчаянно пытался припомнить события вчерашнего вечера — хоть что-нибудь, связанное с Хантером в моем номере.
Это было хуже моей самой ужасной попойки в колледже. Как я могла ничего не запомнить? Ответ подсказало мое отражение в зеркале — я выглядела, как самый настоящий мертвец. Пучок, в который были забраны мои черные волосы, наполовину распустился из-за выпавших шпилек. Светлая кожа была бледнее обычного, а зеленые глаза опухли и покраснели.
