Просто спасти короля (СИ) полностью

Совсем незадолго до происходящих событий духовник короля, аббат цистерцианского монастыря Ле Пан в окрестностях Пуатье, преподобный  Мило, записал в своих дневниках - тех самых, что через несколько лет преобразятся в одну из популярнейших книг начала XIII века: 'Король Ричард вернулся из Штирии, как человек, который как бы восстал, принес с собой замогильные тайны шепчущих привидений и погружался в них. Словно червь какой подтачивал его жизненные силы или прогрыз дыру у него в мозгу. Не знаю, что за дух, кроме дьявола, мог им овладеть. Знаю только, что он ни разу не посылал за мной, чтобы следовать моим указаниям в духовных делах, - ни за мной, ни за каким-либо другим духовным лицом, насколько мне известно. Он ни разу не приобщался, и, по-видимому, не ощущал в этом потребности, а, в сущности, он очень в этом нуждался'

Увы, изменение характера короля-рыцаря очень скоро почувствовали на свой шкуре последовавшие за Ричардом духовные особы. В ответ на вдохновенные призывы Фулька, чье ораторское мастерство лишь расцвело за последний год, Ричард - как передавали присутствующие при том - мрачно ощерился и сказал ему буквально следующее: "Ты советуешь мне отречься от моих трех дочерей - гордыни, жадности и распутства. Ну что ж, я отдаю их более достойным: мою гордыню - тамплиерам, мою жадность - цистерцианцам и мое распутство - попам". Попытавшемуся же вставить хоть слово его Преосвященству кардиналу Пьетро да Капуа король столь же едко пообещал отрезать кое-что, лицам духовного звания абсолютно ненужное - если оное Преосвященство сию же секунду не заткнется.

Итак, войско короля, вместо того, чтобы готовиться  к походу в Святую Землю, оставалось на месте. Знамя похода так и не было поднято. Клич о присоединении всех добрых христиан к святому паломничеству до сих пор не прозвучал. Вместо этого Ричард во всеуслышание поклялся вернуть сокровища своего отца и повесить, если потребуется, Эмара Лиможского на воротах его собственного замка.

Каток истории остановился. Ожидая, чем же завершится эта вздорная затея...

***

ГЛАВА 10

в которой король Ричард встречается с Никитой Хониатом; леди Маго

влюбляется; Винченце Катарине с шайкой бандитов разыскивает

 колдунов из Индии; господин Гольдберг философствует о воле

 к власти, столь свойственной его народу; графиня Маго

 де Куртене отправляется выручать отца, плененного

взбунтовавшимся вассалом; Рябой Жак выпивает

 стаканчик-другой со своим старым приятелем,

а Иннокентий читает письмо от короля

Франции Филиппа II Августа  

За две недели

 до появления попаданцев

 Домфрон, Нижняя Нормандия,

1 января 1199 года,

Филипп, бессменный секретарь короля Ричарда, неслышно и почти незаметно проскользнул в покои его величества. Полученная два года назад епископская митра ничуть не изменила ни его характера, ни поведения. И уж точно не мешала по-прежнему исполнять свои секретарские обязанности. Изменились не обязанности, а всего лишь доходы. И вот, теперь эти обязанности настоятельно требовали срочно, несмотря на позднее время, передать королю весьма важное известие.

- Ваше величество, сегодня ко мне обратился один человек. Он ищет встречи с вами.

- Кто таков?

- Некто Никита Хониат.

- Ромей?

- Да, мессир, логофет Геникона при дворе Алексея Ангела. Сейчас, как я слышал, в опале и чуть ли не отставлен от должности.

- Что ему нужно?

- Об этом он желает говорить только лично с вами, мессир.

- Хм, грек... А ты уверен, что он - именно тот, за кого себя выдает?

- Уверен, ваше величество, - Филипп позволил себе слегка изогнуть губы в улыбке, - он представил слишком весомые доказательства, чтобы можно было сомневаться.

- Вот как? И...

- Пятьдесят тысяч безантов, мессир!

- Сколько?! - король пораженно уставился на своего секретаря.

- Да, мессир, круглым счетом, шестьсот тысяч денье!

- Ну, что ж, - Ричард восстановил дыхание и проговорил уже почти спокойно, - я готов принять его. Вместе с его, э-э-э... верительными документами.