- Мне было любопытно… Ладно, у меня есть работа…
- Ты куда?
- За оборудованием… Иди погрейся, если хочешь…
Она нашла всех в кухне. Выводок веселых хозяюшек с деревянными досками и ножами.
- Иди сюда! - крикнула ей Жаинин. - Ну-ка, Люсьенна, пустите ее поближе к печке… Дамы, представляю вам подружку Франка - мы ее воскрешали вчера вечером… Садись с нами…
Аромат кофе смешивался с запахом теплой требухи, и все смеялись и болтали… Настоящий курятник…
Явился Франк. А, вот и он! Наш повар! Они расхихикались пуще прежнего. Жаннин растрогалась до слез, увидев его в белой куртке.
Проходя за спиной Камиллы к плитам, он похлопал ее по плечу. Она высморкалась в тряпку, висевшую у него на поясе, и присоединилась к веселью остальных.
В этот самый конкретный исторический момент Камилла спросила себя, не влюбляется ли она в него… Черт. Это в программу не входило… Нет, нет, думала она, хватая доску. Да нет же, все дело в Диккенсе… Она не попадает в западню…
- Чем мне заняться? - спросила она.
Они объяснили ей, как нарезать мясо мелкими кусочками.
- Для чего это?
В ответ раздался хор голосов:
- Для колбасы! Для сосисок! Для паштетов!
- А что вы делаете зубной щеткой? - поинтересовалась она у соседки,
- Мою кишки…
Брр.
- А Франк?
- Франк будет стряпать… Делать кровяную колбасу и всякие другие вкусности, начинять паштеты…
- Что за вкусности?
- Голова, хвост, уши, ножки…
Брр в квадрате.
Мы вроде договаривались, что специалистом по вопросам питания она начнет работать не раньше вторника?
Франк явился из подвала с картошкой и луком, увидел что она пялится на соседок, пытаясь сообразить, как правильно держать нож, и разъярился.
- Не прикасайся ни к чему такому! Это не твое. Отрежешь палец - будешь в полном дерьме… У каждого своя работа. Где блокнот?
Он обратился к кумушкам:
- Вы не против, если она вас нарисует?
- Нет.
- Да! У меня завивка разошлась…
- Не кокетничай, Люсьенна! А то мы не знаем, что у тебя парик!
Веселенькая обстановка: дамский клуб по-фермерски…
Камилла вымыла руки и рисовала до вечера. В доме, на улице. Кровь, акварель. Собаки, кошки. Дети, старики. Огонь, бутылки. Халаты, фуфайки. Под столом - тапочки на меху. На столе - натруженные руки. Франк со спины, ее собственное отражение в котелке из нержавейки.
Она подарила каждой по портрету, выслушала восторги и попросила детей показать ей ферму - хотелось подышать свежим воздухом. И протрезветь…
Малыши в толстовках с Бэтменом и резиновых сапогах бегали по двору, гонялись за курами и дразнили собак, таская у них перед носом длинные куски требухи.
- Брэдли, пошел вон! Не смей заводить трактор, убьешься!
- Я хотел ей показать…
- Тебя зовут Брэдли?
- Ну да!
Брэдли Твердый Орешек, Брэдли-атаман оголился, чтобы продемонстрировать свои шрамы.
- Если сложить их вместе, - похвалился он, - получится целых восемнадцать сантиметров…
Камилла с уважением покивала и нарисовала ему двух Бэтменов: Бэтмена улетающего и Бэтмена, сражающегося с гигантским осьминогом.
- Как ты научилась так здорово рисовать?
- Ты тоже наверняка хорошо рисуешь. Все хорошо рисуют…
Вечером они пировали. Двадцать два человека за столом и свинина повсюду. Хвосты и уши жарились в очаге, и они заключали пари, в чьи тарелки все это шмякнется. Франк постарался на славу. Сначала он подал суп - густой, наваристый и очень ароматный. Камилла макала в тарелку хлеб, но съела всего несколько ложек. Потом пришел черед кровянки, ножек, языка… далее по списку… Она слегка отъехала на стуле от стола и дурила сотрапезников, подставляя стакан чаще других. Дошла очередь и до десертов - каждая хозяйка пришла со своим тортом или пирогом. Последним номером программы стала самогонка…
- Ну, это вы просто обязаны попробовать, крошка… Кровохлебки, которые отказываются, навсегда останутся девственницами…
- Хорошо… Но только капельку…
Камилла обеспечила себе лишение невинности под хитрым взглядом соседа - во рту у него было полтора зуба - и воспользовалась всеобщей сумятицей, чтобы уйти спать.
Она рухнула на постель как подкошенная и заснула под веселый гомон, доносившийся через щели в паркете.
Она спала глубоким сном, когда он лег рядом. Она заворчала.
- Не волнуйся, я слишком пьяный, ничего я тебе не сделаю… - прошептал он.
Она лежала к нему спиной, и он уткнулся носом ей в затылок и просунул под нее руку, чтобы притянуть к себе как можно ближе. Короткие волосы щекотали ему ноздри.
- Камилла…
Спала она? Или только делала вид? Ответа он не дождался.
- Мне хорошо с тобой… Легкая улыбка.
Грезила она? Спала? А бог его знает…
В полдень они проснулись каждый в своей постели. Ни он, ни она ни слова не промолвили о том, что случилось ночью.
Тяжелая голова, смущение, усталость… Они убрали матрас на место, сложили простыни, умылись по очереди и оделись, не обменявшись ни единым словом.
