Обвешанный всем добром бреду вниз, спотыкаясь но не падая. Странно, вообще ничего в голове – ни тревоги, ни радости… Ничего. Спускаюсь как робот, на дороге уже издалека чувствуется жар. И тишина – никого не слышно. Блин, как хочется, чтобы сейчас подъехала машина с Центра, и все проверила до меня, но нет ее. Заглядываю в такой темный тоннель, откуда только недавно выглядывал сам – метрах в трех от меня машина подмоги, которая очевидно въехала сюда, когда я карабкался вверх по шахте аварийного выхода. Граната взорвалась прямо около нее, и сделала свое дело – двое на передних сиденьях убиты скорее всего сразу, один вывалился из двери сбоку. Ещё один сумел добраться до края тоннеля, и скорее всего отстреливался, но ему попали прямо в голову – не в тот ли момент, когда я увидел бандитов. Тут все ясно, выживших нет. Мучительно разворачиваюсь лицом к автобусу – как заставить себя подойти?
– Эй.
Даже не сразу улавливаю, откуда голос. А голос откуда-то из-за блоков разделительной полосы посередине автобана, сбоку от автобуса. Бегу туда, и только подбежав вплотную, вижу человека в камуфляжных брюках и бежевой армейской майке. Он привалился спиной к блоку, одна нога обмотана скорее всего его же курткой вокруг бедра, куртка уже пропиталась кровью.
– Немецкий, английский? – спрашиваю я
– Немецкий. – к моему удивлению отвечает он. – Я из Швейцарии. Это вы стреляли сверху? Приехали все же, успели.
– Да, я. Бандиты все ушли, кроме двоих, которые не успели.
– Так ты один что ли? А кто был в тоннеле? Где сопровождение?
– Да, там тоже была машина с помощью, только они не выжили, никто. Я один. У меня тут… жена. – и вот только сейчас сердце ушло вниз, далеко-далеко, а глаза как будто взлетели высоко над дорогой. Именно сейчас. Даже звуки стали странными и приглушенными.
– Жена? Кто?
– Анна. Анна Кранц. Она с вами была? – спросил кто-то внизу моим голосом.
– Да… да, она была с нами. Она в автобусе оставалась…
Мужчина отвел глаза вниз, а я просто стоял рядом с ним, и не знал, что надо делать, и что сказать.
В голове ничего небыло.
Абсолютно ничего.
