Жизнь пацана из подмосковья с 1972 до 2000 годов. Знакомство с будущей женой. Семья, дети.
Подмосковье.
Жил был Димон. Так как родители его дневали и ночевали на работе, его воспитывала чужая женщина, которая из доброты душевной взяла на себя эту тяжелую ношу. Называла она его «нямая турка», так как он до детского сада в основном молчал, и очень за него переживала. Пойдя же в детский сад, всем на удивление, он сразу же записался в шахматисты. И показал на этом поприще недюжинные способности… Что не ход, то мат… Называл Димон эту женщину бабушкой. Уже будучи в первом классе частенько заскакивал к ней, перебирали пшенку под песню, которую пела бабушка и плакала… «Четыре трупа возле танка, дополнят утренний пейзаж».
Однажды, когда родители были на работе, Димон решил закурить. Отец курил Беломор и взяв сигареты, он отправился в туалет. Сел, закурил и провонял всю квартиру. Бабушка, почувствовала и по приходу родителей, опасаясь за его здоровье, всё им рассказала. Естественно, он был выпорот, да так, что с первого до девятого класса забыл, что такое сигареты и куда их надо совать. Только уже в Москве, когда появились Camel, Salem , Ява дукат и Столбы, потихоньку начал покуривать.
Москва.
Однажды, два обалдуя, два корефана из одного дома, но из разных подъездов собрались за рюмочкой самогона, чистейшего первача, который так заманчиво капал со змеевика. Звали их Димон и Степка. И в разговоре Степка сказал – у меня есть двоюродная сестра, давай тебя с ней познакомлю. Ответ, естественно, был положительным. Посредством Степана, была назначена встреча в метро на открытой платформе. Корефаны вышли из вагона. Немножко подождали, и Димон увидел девчушку в старенькой дубленке и сине белой вязанной шапочке. Её звали Света. И были у неё билеты в Большой театр на «Ленин в октябре».
Т.к. друзья не были приверженцы культуры и жили в рабочем районе, они не сговариваясь решили попросить Свету сбагрить билеты и пойти в кабак. Билеты оторвали с руками и ногами. Пришли в кабак и Света сняла дубленку. Сказать, что Димон был потрясён, ничего не сказать. Точеная фигурка, танцовщицы второго состава всемирно известного ансамбля Березка, красивое личико. И это ещё ладно. Волосы… Блондинка с вьющимися волосами. Одна на миллион. Нет, минимум на десять миллионов. Ко всему прочему, она была студенткой четвертого курса Педагогического института.
Однажды, друзья и Света, решили поехать в Бутово на шашлыки. Тем более, что их там ждали две женщины, которые как к сыну относились к Димону и также, как и бабушка из подмосковья воспитывали его. Звали их тетя Тоня и тетя Катя. Судьба у них была страшная. Тетя Тоня до Великой Отечественной войны была замужем за военным, и жили они во Фрунзе. Сейчас Бишкек. Муж и её маленький ребенок, заразившись болезнью, во Фрунзе скончались. И тетя Тоня переехала жить к своей матери и отцу в Бутово. До самой своей смерти, она так и не вышла замуж. Тетя Катя, прибавив себе год, с первого дня войны рванула на фронт. Воевала она в войсках Рокоссовского. Вытягивала раненых с поля боя. Была сама ранена. Оперировала её жена Константина Константиновича. Рассказывала про войну не часто, но однажды обмолвилась, что видела, как наши танкисты счищали с гусениц лопатами европейское мясо. Эта картина Димона не потрясла, а только прибавила гордости за наших воинов. Не мы к ним пришли, грабить и убивать, а они к нам. Воевала тетя Катя в Великую Отечественную и Японскую, дошла до Мукдена и демобилизовалась в звании капитана медицинской службы. После войны вышла замуж за грузина и жила в Грузии очень не плохо. Но когда её матери стало плохо, поехала к ней её навестить, и получила вдогонку разводное письмо. После этого, так же как и тетя Тоня, не вышла замуж. На 9 мая, увешанная орденами и медалями, среди которых красовался орден Красной звезды, она выходила к клубу. Самая любимая её песня была «о мама мама, люблю цыгана Яна» До сих пор помнит Димон этих простых женщин, которые не быв родственниками, беззаветно любили его и потом его семью. Ушли из жизни и бабушка Ирина, и тетя Тоня, и тетя Катя.
