- Ну, у нас в музее все как бы на виду, - вздохнул Коля. - Все видели, как я носился с этой кошкой. Да вор мог и просто так, первое, что под руку попалось, схватить.
- Вряд ли, вряд ли, - покачал головой Иван Сергеевич. - Для этого ему ещё надо было шкаф открыть. Не всякий вор осмелится в музее открывать шкаф. Только если он уверен, что не сработает сигнализация, не правда ли? Скорее, он схватит, действительно, что под рукой лежит - какую-нибудь броскую вещичку со стола. А в нашем случае, мне кажется, кража совершенно целенаправленная.
- Иван Сергеевич, - невесело усмехнулся Коля, - то же самое я говорил милиционеру. Но если бы ему хоть тысячную долю ваших мозгов иметь! Представляете, он посоветовал пока самим получше поискать! Говорит, может, под диван закатилась ваша камень-голова... И на прощание произнес пословицу, которую я просто ненавижу. Для лентяев пословицу! Утро вечера мудренее, говорит. Представьте себе, например, Шерлока Холмса, которому сообщают о преступлении, а он произносит эту глупость и отправляется спать!
Ребята не удержались и прыснули. Ну и сравненьице! Самого знаменитого сыщика всех времен и народов сравнили с глупым милиционером! Да и не знал, конечно, Шерлок Холмс никаких русских пословиц.
И тут Филе почему-то показалось, что смех получается какой-то непривычный... Неполный. Он быстренько огляделся по сторонам, как какой-нибудь папа, потерявший в толпе ребенка. Хотя можно было и не оглядываться. Филя и так слышал, что Аськин звонкий голосок в смехе не участвует. Ее рядом просто не было.
"Начинается! - сердито подумал Филя. - Как только жареным запахло, так и побежали все наперегонки. Компания, называется... Каждый норовит выделиться, первым стать. Ну, Аська, погоди!"
Филя шепотом предупредил Даню, что сбегает поищет Аську.
- Да она мороженое уплетает на набережной, - отмахнулся Даня. - После Хамелеона вряд ли она в какое-нибудь опасное место сунется.
"Еще как сунется", - думал Филя на бегу.
Аську он знал отлично. Даня, конечно, тоже её знал... Но дело в том, что Филя был больше Дани похож на Аську, и поэтому отлично понимал её нетерпение. Как свое собственное.
И все-таки он надеялся, что пронырливая девчонка ничего не успела сделать, никуда не успела вляпаться. И как это она незаметно вышмыгнула из лагеря? А главное, зачем? Есть у неё какой-то план, или она просто побежала на всякий случай - с тем лишь желанием, которое совсем недавно чуть не сорвало с места и Филю: посмотреть на подозрительных Гулливеров. Как они сейчас поживают? Изменилось ли что-нибудь в их поведении?
Ну, Аська! Мало ей похода на Хамелеон, который она устроила не так давно! И вдруг Филя подумал, что "не так давно" - это всего лишь вчера... А кажется, они находятся в Коктебеле уже давным-давно - по меньшей мере, неделю.
"Значит, нормально здесь идет время, - подумал Филя. - Много событий в него помещается. Мы точно успеем узнать всю правду. И трех дней нам вполне хватит!"
Почему он подумал именно о трех днях? Если бы сейчас Филю спросили об этом, он не ответил бы. Тем более что ему и отвечать было некогда. Он бежал по набережной, уворачиваясь от неповоротливых прохожих. И от шустрых тоже. Здесь всяких прохожих хватало. Но шустрые, в отличие от неповоротливых, сами старались избежать столкновения и от этого становились ещё опаснее. Как узнать, в какую сторону шарахнется шустрый человек?
Филя даже сбился со счету своих столкновений, пока добежал до Дома-музея Волошина. Почему он прибежал сюда? Наверное, машинально... А куда же ещё бежать, если именно отсюда пропал такой необычный предмет, как камень под названием кошачий глаз?
Калитка была заперта - естественно для такого позднего времени. Сквозь ограду было видно, что во дворике музея пусто. А что, если обойти ограду вокруг и заглянуть во двор с обратной стороны? Как только Филя об этом подумал, то сразу понял, что Аська, скорее всего, так и сделала бы. И наверняка уже сделала, без "бы".
Вдоль заборной решетки росли густые можжевеловые кусты. Филя скользил вдоль них, иногда заглядывая во двор сквозь просветы между ветками. Пусто, конечно. А как же еще?
И вдруг впереди, в том месте, где можжевеловая стена почему-то зияла провалом, через забор из музейного дворика перемахнули две тени. Филя затаился, прижавшись к кусту. Хорошо, что в этом месте никаких фонарей и в помине не было.
Тихонько переговариваясь, два силуэта проплыли в темноте мимо Фили.
- Теперь-то уж вряд ли кто сунется, - тихо сказал голос, показавшийся Филе злым. - А то взяли привычку шляться после закрытия. Расписания для них нету!
Второй спросил:
- А девчонка откуда взялась? Чего хотела?
- Заблудилась, наверно. Тут рядом спальные корпуса.
- Больше не заблудится! - засмеялся злой голос.
