Снова полились слезы. Стиснув зубы, я решил и впрямь немного побыть ледышкой.
— Выходит, я не тот, кто тебе нужен.
— Хочешь развестись? — вскинула голову она.
— Возможно, придется. Останешься баронессой, таков закон. Остров поделим честно: мне — атолл, тебе — лагуну.
— Что-о?
— Ну шучу, шучу. Поделим поровну.
— Ты, кажется, рад? — Она даже взвизгнула.
— Ни капельки. По факту я был владельцем всей Луны — что мне какой-то атолл?
— Клоун. Я так и не поняла: что ты собираешься делать?
— То же, что делал раньше, а может, и еще что-нибудь. А ты?
— Уеду.
— Можно спросить: куда?
— На наш остров. Или куда угодно, лишь бы подальше от тебя. Денег мне хватит, вчера пришло жалованье. И ведь половина дохода с острова — моя?
— Допустим. А как же твоя работа?
— Да кому она нужна, эта бумажная археология! Обойдутся. В конце концов, я имею право на отпуск.
Я смолчал о том, что брать отпуск в первый же месяц работы — моветон. Кому нужны проповедники прописных истин?
В молчании прошло несколько минут. Я изучал завитушки на гербе маркиза Шатурского.
— Алкоголик! — в конце концов не выдержала Джоанна.
— Точно. — Я поставил бутылку на стол. — Вдобавок псих недолеченный.
— Тебя еще долечат! Если довезут до клиники живым.
Этот выпад я проигнорировал. Прошло еще несколько минут. Джоанна укладывала платья в дорожный баул, старательно избегая смотреть в мою сторону. За окном вечерело.
Сейчас бы поразмыслить как следует о результатах моего эксперимента или хотя бы выйти полюбоваться игрой света на кронах сосен и вершинах окрестных гор, а не устраивать семейные разборки!
Как же! Чего не бывает, то и не случается. Если бы события всегда происходили вовремя, то что это была бы за жизнь? Сладкая?
Вообще-то когда как.
— Тебе нисколько не жаль? — опять не выдержала Джоанна.
— Даже очень жаль, — честно ответил я. — Но что это меняет?
На сей раз она не сказала, что мне надо меняться самому. К чему без конца долбить в одну точку подобно дятлу? Я не дерево.
Она застегнула баул, обулась и надела куртку. Вызвала флаер. Застыла в дверях.
— Ты даже не проводишь меня?
— Я помашу тебе ручкой отсюда.
— Трудно сделать три шага?
— Во-первых, не три, а во-вторых, зачем? Я знаю, как летает флаер. Не любопытно.
— Свинья!
— И тебе всего хорошего.
Она хлопнула дверью, а я немедленно наполнил стакан. Представление продолжалось. Теперь по всем канонам реалистического искусства я должен был напиться в хлам, как граф Анак-Кракатау. Чтобы не слишком скрипеть зубами. Марочная торфяная бурда от болотного маркиза будет в самый раз.
И я сделал это. Тянул и тянул виски без содовой и льда, не закусывая, имея во рту такой привкус, будто жевал гудрон, скрипел зубами, временами взрыкивал и постанывал, в бешенстве разбил о стену один за другим два стакана — словом, делал все, что полагается делать мужчине, которого бросила любимая женщина.
Великая вещь тренировка! Пусть руки и ноги мало-помалу отказывались слушаться своего хозяина, зато голова оставалась сравнительно ясной. Кажется, я догадался… Джоанна — умница! Показной ссорой и отъездом она, надо надеяться, вывела себя из-под удара развязала мне руки. Но Инфос сделал неверный ход, и теперь я ненавижу его вдвое сильнее…
Проснулся я на ковре возле кровати — наверное, вчера не дополз до привычного лежбища. Голова гудела, на ладонях засохла чья-то кровь. Тут же выяснилось: моя. Похоже, я полз на карачках и поранился об осколки стаканов. Ладно… мелочь. А где Джоанна, почему она не песочит меня?
Вспомнил — и полегчало. Она, наверное, уже на Тахоахоа. Ага. Пусть. Так даже лучше. Чем дальше от меня, тем безопаснее. Кстати, ей будет полезно попрактиковаться в управлении поместьем, даже таким жалким, как наше…
Глотнув пива в целях выздоровления, приняв контрастный душ и надраив кожу жестким полотенцем, я ожил. Все было правильно. На нас надавили — мы разыграли спектакль. На наше счастье, Инфос все еще судит о наших мыслях по словам и поступкам. Вероятно, еще по мимике, сердцебиению, потливости и прочим внешним проявлениям эмоций. Как и древний детектор лжи, что экспонируется в моем музее, его в принципе можно обмануть, что, кажется, нам и удалось.
Я вышел на крыльцо, оглядел ландшафт под забравшимся уже высоко солнцем и рассмеялся. Смотри на меня, Инфос! Вглядись внимательно. Твой удар пришелся мимо цели. Весь негатив канул в прошлое, женщина вычеркнута из жизни, впереди большая работа, которая тебе не понравится, и я намерен заняться ею. Ты только развязал мне руки, ясно тебе, электронный ублюдок?
Топорно ты работаешь, прямо как какой-нибудь человек…
На службу в тот день я так и не пошел. Бродил по улицам и аллеям, пока не устал, слушал водопад, улыбался природе, посидел в кафе и в общем успешно убил время. Пускай мой противник гадает, что все это значит. Если он поверил в нашу игру, то вполне может устроить мне какую-нибудь пакость — например, уронить на голову кирпич… Но с неба не падали ни кирпичи, ни тем более метеориты, и старые деревья на аллеях не выражали готовности рухнуть, придавив меня, и никакие ямы не возникали внезапно на моем пути. Странно…
