— Что? — невнятно выдавил Амос. Механик, возможно, получил контузию, но его лечение приходилось пока отложить.
— Надо наладить запасной насос, — сказал Холден, заставляя себя, вопреки наркотикам, говорить разборчиво. Как к нему быстрее добраться?
— Через механическую мастерскую, — ответил Амос, после чего закрыл глаза и, кажется, стоя заснул.
— Наоми, — спросил Холден, — ты управляешь скафандром Амоса?
— Да.
— Накачай его стимуляторами. На себе я его не утащу, а без него не обойтись.
— Слушаюсь, — сказала она, и через пару секунд Амос распахнул глаза.
— Зар-раза, никак я уснул?
Он все еще глотал слоги, но в речи появилась маниакальная энергия.
— Нам надо попасть в мастерскую. Захвати, что считаешь нужным для наладки насоса. Там могло сорвать предохранитель, или перегорела проводка. Я сейчас подойду.
— О'кей, — кивнул Амос и за кольцо для ног подтянулся к шлюзу. Люк отъехал в сторону, и механик скрылся за ним.
Вращение корабля поместило «низ» на полпути между палубой и переборкой правого борта. Никакие трапы и зацепы, размещенные по кораблю для передвижения на тяге или при низкой гравитации, не предусматривали подобной ситуации. Работай у него все четыре конечности, Холден бы справился, но бездействующая нога осложняла маневры.
И разумеется, стоит ему миновать центр вращения, все перевернется вверх ногами.
Перспектива то и дело смещалась. В ушах бесилась кориолисова сила, а он то падал вниз, оседлав вращающуюся железяку, то железяка наваливалась на него, угрожая раздавить. Холден успевал облиться потом, пока мозг пытался обработать перевернувшийся мир. К горлу подступила тошнота. Холден подбородком нажал клавишу, накачавшую ему в кровь дозу противорвотных препаратов. И, не давая себе больше времени задуматься, стал цепляться на ножные упоры, подтягиваясь к шлюзу. Внутри он увидел Амоса, который вытаскивал из шкафчиков инструменты и складывал их в пластиковое ведро.
— Наоми, — позвал Холден, — мы хотим заглянуть в машинный. Там камеры остались?
Она недовольно хмыкнула, что он истолковал как отрицательный ответ, затем сказала:
— По всему кораблю система не работает. Или камеры уничтожены, или тока в их цепи нет.
Холден подтянулся к герметичному люку, отделявшему палубу мастерской от реактора. Сигнальная лампа на переборке светилась сердитым красным огоньком.
— Дрянь, этого я и боялся.
— Чего? — спросила Наоми.
— Состояния отсеков ты тоже не видишь?
— Машинного — не вижу. Там все отключилось.
— Ну, — вздохнул Холден, — на той стороне нет воздуха. Должно быть, бомбочка пробила дыру в переборке и обеспечила нам вакуум.
— Угу, — вставил Амос, — как и в грузовом.
— В грузовом еще и люк поврежден, — добавила Наоми, — и шлюз.
— И куропатка на деревце сидит,[71] — с отвращением фыркнул Амос. — Пусть только чертов кораблик перестанет крутиться — я тогда выйду и гляну, что там.
— Амос прав, — сказал Холден, отталкиваясь от люка, чтобы выпрямиться. Через установленную под острым углом переборку он дотянулся до съемной панели, рядом с которой уже ждал Амос с инструментом. — Сначала главное.
Пока Амос гидравлическим ключом разбирал панель, Холден попросил:
— Кстати, Наоми, откачай воздух и из мастерской. Всю атмосферу ниже четвертой палубы. И отключи замки, чтобы можно было, если понадобится, открыть люк в машинный.
Амос вывернул последний винт и снял панель с переборки. Под ней открылось темное тесное пространство, забитое путаницей труб и проводов.
— Да, — добавил Холден, — и приготовь сигнал SOS на случай, если починить не сумеем.
— Как же, все кругом только и мечтают нас спасти, — проворчал Амос.
Он пролез в узкий ход между двумя обшивками и скрылся из вида. Холден последовал за ним. Через два метра от люка они наткнулись на громоздкий и сложный механизм насоса, обеспечивавшего давление в маневровых двигателях. Амос принялся снимать с него деталь за деталью. Холден ждал, не видя в тесноте, чем именно занимается механик.
— Ну как там? — спросил он, наслушавшись за пять минут всяческих ругательств, которыми Амос сопровождал работу.
— На вид все хорошо, — отозвался тот, — предохранитель я на всякий случай сменю, но, думается мне, беда не в насосе.
Дерьмо!
Холден попятился наружу и по крутому откосу переборки ползком поднялся к люку в машинный отсек. Сердитый красный огонек сменился равнодушным желтым, поскольку теперь атмосферы не было по обе стороны.
— Наоми, я вхожу в машинный, — предупредил Холден. — Надо посмотреть, что с реактором. Ты отключила замок?
— Да, но у меня там нет датчиков. Какая там радиация?
— Ну здесь-то у тебя датчики есть? Если из открытого люка хлынет излучение, дай мне знать, и я сразу захлопну.
— Джим, — сухой тон, каким Наоми говорила с ним в последнее время, впервые чуть смягчился, — сколько раз тебе надо попасть под массивное излучение, пока тебя проймет?
— Скажем, еще один?
— Я дам команду «Роси» приготовить койку в медотсеке, — сказала она, почти не шутя.
— Выбери ту, что не выдает ошибки.
