А Егор. А что Егор? Да, утренние приходы домой – это, конечно, плохо. Но дома – еще хуже. Дома только упреки, недоверие, любое слово превращается в скандал, вспыхивает, как спичка, моментально… Вроде и не хотел обидеть или задеть, всего то спросил, почему опять раскиданы игрушки и когда уже будет вымыта плита?.. потому и не хочется спешить домой.. у друзей не то, у друзей пьянки, какие то нелепые шутки, но все не то, хочется тепла, домашнего тепла и уюта… Где забота, ласка, внимание и понимание? Дома – не хозяйка, курушка, которая давно забыла, что такое макияж. Да и не в макияже дело, дело во внимании к тому, кто рядом… Раньше же были и короткие юбки, и яркие наряды, и вечерний макияж, и все это – для меня, любимого и родного. Женщина, ее ведь хочется видеть рядом красивую и цветущую. Просто от радости от того, что рядом любящий мужчина. А если этого нет, если она не хочет даже одеть футболку другую, без дыр и пятен жира. Где былая любовь, страсть? Почему от отношений остались только скандалы? И куда от этого бежать?
Иринка вышла из машины, захлопнула дверь и посмотрела наверх. Там, на четвертом этаже, где в квартире горит свет, ее ждет Андрей. Наверняка снова за компьютером. Интересно, он уже ужинал, или опять заигрался и забыл даже поесть?..
– Привет, как день прошел?
– Привет, хорошо все, как обычно.
– Что так долго? Опять собрание затянулось?
– Да, собрание.
Собрание. Если бы ты знал, что это было за собрание. Снова в машине. Снова на той поляне, недалеко от въезда в город, после поста ГАИ налево по грунтовке… Слова и взгляды. Неровное дыхание и эта страсть. Она обжигает, она учащает сердцебиение, заставляя пульс биться с бешеной скоростью… и снова взрыв, вселенная распадается на атомы, первобытный рык вырывается из груди мужчины, который рядом, мужчины, который эту страсть дарит, который нежный и сильный, заботливый и иногда грубый, ранимый и непроницаемый. Настоящий. Запотевшие стекла машины… Снова курить. И снова он – стыд. Раскаяние и чувство собственной ничтожности. Этот мужчина лишний, его не должно быть, он третий, должно быть без него… Но как без него? Если только с ним звезды ярче, снег белее, а тело, – тело с ним оживает, забытые ощущения, когда каждая клеточка трепещет, тянется к другому телу, такому горячему и близкому, такому запретному… И эти его глаза, и очертания губ, и смелые руки… Секс ради секса? Нет, конечно. Нет такого. Бывает, возможно, но только у последних подонков. Настоящий секс – это любовь. Высшая степень наслаждения другим человеком, тем, что он есть, а сейчас он рядом, и все прекрасно…
С Андреем такого нет. С Андреем есть его комп и его игры. Да, и секс есть. Но близости нет. Духовной, душевной. Андрей давно забыл, что такое просто выйти из дома и просто вместе прогуляться по ночному городу. Андрей давно забыл, какая Иринка. Как любит она небо, особенно ночное, как скучает по майской грозе и как радуется, когда у нее получается удачный маневр на дороге и как переживает, когда не получается эскиз для заказчика… Он не помнит, он забыл. Он помнит Иринкины ужины, ее уборку в квартире, ее ежеутренние сборы на работу и еще, пожалуй, ее платья. Вечно бурчит, что шкаф забит вещами. Бурчит, играет в свои игры и не замечает, что любовь ушла. Скучно ей стало, грустно и тоскливо. Она собрала вещи и ушла. Иринка только все никак не уйдет, жалеет Андрея. Да и страшно. То сидит он рядом, и пусть сидит. Вроде как не одна. Другой то все равно женат. И ей не «светит». Так что пусть Андрей сидит. С сердцем, пульсом, клеточками тела как-нибудь устаканится… Может быть.
– Ты есть будешь? Я ужин приготовил. Ты потом рубашку мою постираешь, ага?
Они встретились в час пик, когда город особенно оживленный и уставший одновременно. Кончился день, и они возвращаются домой: измотанные очередной рабочей рутиной или вдохновленные новыми победами. Они спешат. Кто-то домой, к ежедневным хлопотам: забрать из сада, выучить уроки, приготовить ужин. Или на свидание, навстречу новым ощущениям. Или просто в бар – забыть и забыться. В компании или одиночестве. Заняты своими мыслями и своими делами. Расслабленные и счастливые. Или угнетенные и смирившиеся. Город живет, люди идут, машины едут. Все как вчера и все как завтра.
Они встретились на оживленном перекрестке. Мария спешила в ателье – забрать платье дочки, у нее завтра выступление. Елена спешила в салон – через час у ресторана ее ждал Олег. Ее богатый молодой человек. Правда, немного женатый. Но обещавший развод. Она верила. В его любовь, страстные признания и обещания. Верила, ведь он был так убедителен. Особенно при тусклом свете зала ресторана, расслабленный вином и ее взглядом.
