Из комментариев к посту:
— Противостояние Лупасов и Чжанко переходит все границы, мы оказались зажаты меж двух огней (bernice@localvibe.com).
— У воров не бывает совести! (ningning.baltazar@britishairways.com)
— Вау, Марсель, ваще выдал нам весь рсклад. Я ващета тоже так думаю. Эстреган ваще не знает, че делает, но чета точно делает. ИМХО, он пытается убедить нас, что он рулит ситуацию. И значит нифига он не рулит (gundamlover@hotmail.com).
— А зачем они привезли заграничных экспертов, когда наши ничуть не хуже, если не лучше? (bayani.reyes@up.edu.ph)
— А может, Бансаморо играет на две стороны, чтобы самому прийти к власти? Это просто догадка! (pel234@yehey.com)
— Bayani, иностранных экспертов привлекли, чтобы результаты расследования были более объективны, (thebur-leyraconteur@avellaneda.com)
— Если Эстреган уйдет, то все программы, которые хоть как-то работают, сразу прекратятся, и кому это надо? Он такой же, как все они, так, может, на нем и остановимся? Для процветания этой стране нужна умеренная диктатура. Посмотрите на Сингапур! (mano.s@thehandsoffate.com)
— Я уверен, что взрыв на заправке Shell устроили исламисты. Кто может быть уверен, что в этом не замешан сенатор-мусульманин? Конечно, есть презумпция невиновности, но лучше подумать о безопасности, чем потом жалеть. Да защитит нас Святой Дух! (Miracle@Lourdes.ph)
Во время прояпонской Второй филиппинской республики Младший сделал стремительную карьеру, однако в атмосфере окружающего насилия не чувствовал себя в безопасности. Всякий раз, когда дела требовали его присутствия в столице, он настаивал, чтобы Леонора с детьми отправлялась с ним. «Он решил, что так нам будет безопаснее. Возможно, он был не прав и подвергал нас риску, но он предпочитал обманываться, держа нас при себе, нежели бояться, что с нами что-то случится в его отсутствие. Таково, полагаю, трагическое заблуждение всех отцов», — писал в своих воспоминаниях Сальвадор.
Оккупационная власть крепчала, как сохнущий бетон, и параллельно возникало новое социальное устройство, во многом, впрочем, напоминавшее старое. В те годы юный Сальвадор сам видел, какие привилегии его семье давал пост, занимаемый отцом в коллаборационистском правительстве. Так он проглотил, первый раз в своей молодой жизни, соблазнительно эффективную пилюлю обязательного лицемерия.
Резиденция Сальвадора возле церкви Малате казалась трем его отпрыскам раем по сравнению с тем, что происходило прямо за воротами их особняка. Именно в этом доме в 1943 году юный Сальвадор познакомился с человеком, биография которого внесла серьезные коррективы в его представление о патриотизме. Артемио Рикарте, уже старик, несколько раз приходил к Младшему домой. В третий его визит, когда мужчины удалились в кабинет для разговора, Нарцисито прибежал наверх и прошептал младшему брату на ухо: «Он снова пришел, змий у нас дома!» Братья на цыпочках спустились вниз и стали ждать у дверей кабинета, чтобы хоть одним глазком посмотреть на старого полководца.
