– Я все хочу об интервью договориться, – сказала она. – Меня очень интересует тема предска заний Нострадамуса. Вы ведь, говорят, уже что-то отсняли, – обратилась она к Димову. – Сейчас это так в тему со временем. Кто он все-таки – гадатель-предсказатель или ученый?
– Ну, фигура он всегда был странная, может, и сомнительная, потому притягательная, и об истине мы можем только догадываться, – сказал Димов. – Но, с другой стороны, почти пять веков приковывает к себе внимание. Прежде всего потому, что Нострадамус – гениальный астролог, но свои предсказания облек в туманные, загадочные стихи – катрены.
– Да, это всегда привлекало внимание во времена больших перемен, как сейчас, – согласилась журналистка. – Но зачем же загадочные?
– Ну как же, боялся церкви, да и гнева сильных мира сего, вдруг не понравится предсказание. Но это даже и интересно. Где есть туманная недосказанность, намек, что ли, людям предоставляется возможность самим додумать событие, особенно нам в творчестве. К примеру, есть и такая версия, что Нострадамус состоял в ложе масонов, которая формировала тайное правительство мира. И может, ему было поручено создавать в космосе матрицу нужных событий, коли уж он обладал таким даром. Вот я и хочу ввести в фильм такую сцену с масонами. Так что работаем помаленьку, но пока ничего особенного, – сказал режиссер.
– Не слушай его, Лера, – вмешался Феликс. – Димыч у нас человек скромный, приходи лучше завтра на студию, сама посмотришь. Ей-богу, есть о чем поговорить. Мне нравится все, что уже отсняли, и актерский ансамбль замечательный.
– Машины марки «Форд» в рекламе не нуждаются, – заметил Димов. – Хотя приходите. Там и поговорим, в особенности про деньги, которых на фильм нет. Финансирование культурных программ ведь совсем закрыли. Я имею в виду бюджетное. А как сами крутимся, только богу известно. По-моему, это как раз должно прессу в первую очередь интересовать.
– Ну, если есть интересный повод, тогда можно и об этом поговорить, – согласилась Валерия.
– Есть, есть, приезжайте, – не унимался Феликс. – Мишель у нас чудесный и пока что нерекламируемый.
– Ну ладно, пиарщик ты мой, выпьем, что ли, – предложил Димов, когда Лера отошла.
– Ты тоже со своей скромностью! Ведь деньги на исходе, а так, может, какой спонсор найдется. Все в облаках витаешь.
– Почему же, дамочка ничего себе, – пробурчал Димов, закусывая водку оливкой.
– А я говорил – муза! – оживился Феликс. – А посмотри, какой портрет! Ее муж нарисовал.
– А что, есть и муж? Это уже значительно хуже, чем я предполагал, – заметил режиссер.
– Да нет мужа, давно пропал куда-то, может, за границу сбежал, еще тогда, – махнул рукой Феликс, нанизывая на вилку селедку.
– Ну тогда выпьем, – предложил Димов, – вечер, что называется, удался.
– Что, зацепила? Я знал, Лерка – девка искрометная.
– А что же сам? – удивился Димов.
– Я не потяну, фактуры нет, так что и не пытаюсь, – признался второй, поглаживая лысину. – Она все шкафчики вроде тебя примечает.
Снова подошла разрумянившаяся Лера, была она в длинном платье темно-изумрудного цвета, что очень шло к ее зеленым глазам, а узкий глубокий вырез красиво оттенял длинную белую шею.
– Много новых гостей, – извинилась она. – Но я вижу, вы не скучаете.
– А кто же вас так прикольно изобразил? – спросил Димов, показывая на портрет. – Похожа.
– Ну, это история давняя, – засмущалась Валерия, – и грустная.
– Ну а можно я вас буду рыжей звать? – спросил Димов. – Это в тему. Рыжая кошка, красавица.
– Зовите, – засмеялась Лера. – А вы простой.
– Даже простенький, чего уж там, когда выпью, – вдруг повеселел Димов. – Но только не на площадке, – погладил себя по груди режиссер, – там я орел.
– Не сомневаюсь, – согласилась Лера и отошла к вновь прибывшей компании.
– Ты чего, Димыч? Таким я тебя еще не видел, – удивился Феликс. – Что-то тебя понесло. Такой ты ей не понравишься.
– Ну это мы еще посмотрим, – засмеялся Димов. – Однако гусары на дам не спорят. Давай еще по маленькой.
– А, вот вы где, – подошел князь, – а меня тут претенденты терзают. Все хотят теперь благородными быть. Теперь не страшно, за это не убьют. Грамоты на дворянство им подавай. Особенно чиновники это любят.
– Да ладно вам, ну какое теперь дворянство, по каким признакам отбираете? – спросил Димов. – По ДНК, что ли?
– По заслугам перед Отечеством, – серьезно сказал князь. – Так и Петр I делал. Ну вот, к примеру, вам за ваши фильмы я с удовольствием грамоту выдам, хотя вы ее и не просите.
– А что ж, тогда и все брадобреи опять в благородных будут? Ведь Петр и за такие заслуги это звание даровал.
– Ну об этом мы еще подумаем, а теперь выпьем, друзья, – серьезно сказал князь. – За Отечество! За возрождение традиций!
Друзья дружно чокнулись.
