— Ты. — произносит огромное синее дерево. Его гигантские ветви уходят далеко в серое мертвое небо, а корни уходят глубоко в серую мертвую землю. Понятия не имею, откуда это знаю. Раскидистые ветви вместо листьев оканчиваются множеством острых ярко-голубых шипов. Древо Геррии. — Ты не должен здесь быть.
— Я тут не по своей воле, — вздыхаю я и оглядываюсь. — Ну и скука.
— Покой. — раздраженно возражает огромное дерево.
— Не уверен, что я принес тебе покой, — замечаю кисло, глядя на свои руки. Пурпурная сеть яда тянется по запястьям, но боли нет. — Я ведь тут не физически, да?
— Отчасти, — отвечает голос. Женский. Мерзкий до невозможности. Геррия гадкая.
— Что ты сказал? Гадкая? Мерзкая?
Твою мать. Из-под земли резко вырывается синий корень, обвивается вокруг моей шеи, сдавливает и тянет вниз.
— Ты не фон Стредос, на колени! — верещит Геррия.
— Черта с два ты будешь со мной так обращаться, — сиплю я злобно.
Хватаюсь за корень и поджигаю его. Раз моя душа здесь, то и демон тоже, мы неразделимы. Отросток Геррии вспыхивает ярким рыжим пламенем и она начинает истошно верещать. А я не знаю, что хуже - когда тебя душат или слушать этот визг. Чей у неё голос?
— Всех! Голос всех, кто пожертвовал собой ради Эльдоры фон Стредос! — орет Геррия и выпускает меня. Корень скрывается в серой пыли. — Я разорву тебя на кусочки!
— Не унижайся, богиня… чтоб тебя, — рычу я, осознавая, что грублю титаническому Древу Магии. Главное, не перегнуть палку, Рафаэль, ты уже зарываешься…
— Рафаэль! Ты меня слышишь?
Я оборачиваюсь на голос. Ничего кроме серости. Но я чувствую её. Трогаю щеку, потому что ощущаю её руку. Я её чувствую и слышу.
— Очнись, моя белая акула. Пожалуйста…
— Акула? Серьезно? — ядовито ворчу я и принимаюсь ходить туда-сюда. — Выпусти меня, вонючее Синее Древо!
— Уйди, как пришел! — возмущается Геррия.
— Я не знаю, как пришел, — провожу рукой по волосам.
Она опять зовет меня, я слышу. Чувствую, как в голове Белое Древо пытается упорядочить мне демона, дергает его, мешает его использовать. Явно, черт возьми, несовместимые типы существа и магии.
Фаола зовет меня очнуться. Сжимаю голову руками, потому что начинаю чувствовать боль.
Резко останавливаюсь, потому что мертвый мир вокруг начинает ощутимо трясти.
— Это ты! Ты притащил это сюда! Ты! — опять орет Синее Древо. — Ты притащил сюда Хаос!
Из серой пыли ввысь начинают переть ветви… пурпурные голые ветви, они переливаются из пурпурного в фуксию и фиолетовый. Геррия вскрикивает от боли, и ядовитые ветви Хаоса прорастают сквозь синий ствол Древа от иной магии. Ветви Хаоса врезаются и в меня, обвиваются вокруг тела и принимаются душить меня и давить.
К черту любезности. Я поджигаю всё на сколько хватает собственных сил. Не понимаю в какой форме я здесь, но явно не совсем физически, однако вся моя магия со мной и я могу ею управлять.
А главное, что со мной вдруг оказывается Стихия. И я бы обрадовался если бы она ещё сильнее не перемешала всё в сознании. Меня опять утаскивает куда-то в черноту, но я высвобождаю всё что могу, пламя охватывает даже Геррию, которая верещит не затыкаясь, отбивается только тем, что отращивает больше и больше голубых шипов, сама жжет хаос тленом, но не выходит.
— Освободись от Хаоса! — велит она мне.
— Что?…
Он во мне, в моей крови. Это я это припер сюда. Отпинываюсь от пурпурных корней и ветвей. Смотрю на собственные руки. В этом хаосе нет души или демона.
Только вот до собственного демона я не могу добраться, не могу управлять сущностью, магия ей мешает. Но мне надо себя поджечь, мне надо себя сжечь…
Сосредотачиваюсь, ухожу в себя, мерзкие вязкие фиолетовые ветви обхватывают и сжимают со всех сторон. Мне надо сосредоточиться на собственной сущности.
Оказывается я забыл что такое огонь. Забыл каким он бывает горячим. Забыл, что такое боль от ожогов. Меня охватывает адское пламя, прокатывается по телу по коже, по венами, по каждому сосуду и нерву. Вокруг только искры и огонь. Я чувствую такой страшный жар. Ни запахов, ни звуков, ни треска, ничего. Только окутывающее меня пламя, которое я пропускаю через себя.
Еле-еле останавливаюсь, прекращаю и фокусирую взгляд - вокруг черные тлеющие остатки Пурпурного Древа. Это всё очень хреново… Хреново, что хаос смог сюда проникнуть.
— Ты… — шипит Геррия, часть её ветвей сломано, но они быстро отрастают обратно, часть дымится из-за моего огня. — Ты меня поджег! Ничтожный! Гнусный! И наконец на коленях!
Вот сука, а не богиня. Потому что я реально стою на коленях, а руки утопают в сером странном песке, которому что огонь, что хаос - нипочем. Но сам я невредим. Я тут не физически.
— Я тебе помочь пытался, мерзость… — выдыхаю я.
Подняться только не могу, меня мотает, вся эта дрянь в голове тянет меня к земле. Сердца не чувствую, жду что оно будет биться как бешеное, только вот я забыл, что я в мертвых землях.