— Я не имею права вмешиваться в вашу личную жизнь, Тилирио, — он говорил, не оборачиваясь, — но считаю своим долгом предупредить, что обязан буду связаться с вашими опекунами, и рассказать об этом визите.
— Да, лорд Сатем, — ответила я мягко.
От привычного обращения советник даже слегка вздрогнул, обернулся через плечо и посмотрел на меня пронзительно-пристально. Ко мне тотчас устремились тени, на миг окутав с ног до головы. Я резко втянула воздух, едва не выгнувшись от невероятно приятного ощущения, закрыла глаза, но тут же все исчезло. Советник уже взял себя в руки и снова смотрел в окно.
— Ступайте, Нэппингтон.
Я кивнула, хоть он и не мог этого увидеть, и на дрожащих ногах отправилась к выходу.
— Тилья! — окрик застал меня на пороге.
Теперь уже я не стала оборачиваться, боясь, что расплачусь.
— Не снимайте амулет вызова, что я вам дал. Зовите, если понадоблюсь.
С трудом проглотив ком, что перекрыл мое горло, я тихо ответила:
— Я не стану отвлекать вас по пустякам.
— Вы — не пустяк Тилирио, вы... подруга моей дочери.
Не совсем то я хотела услышать, но и это немало.
— Спасибо, лорд Сатем.
Сатем Яррант
Советник как мог загружал себя работой, чтобы выбросить из головы ненужные мысли. Но стоило сомкнуть глаза, как пред внутренним взором вставал образ рыжеволосой подружки его дочери. Она отравила его своей красотой, непосредственностью и молодостью. Он понял, что и в прежние годы вряд ли желала кого-то настолько сильно, даже его тяга к Дариа неуловимо отличалась. По крайней мере к жене его тени были равнодушны, как и ко всем другим женщинам, прошедшим через его постель или жизнь.
— Кто она такая? — не уставал задаваться он вопросами. — Что она такое?
А после того, как позволил себе ее поцеловать, он долго думал, как быть дальше. Думал и не мог прийти к какому-то решению. И если с Дариа он развелся, то Элья...
Больше всего советник боялся навредить своей дочери.
Парадокс, но он даже обрадовался активности культистов, хотя как можно радоваться гибели ни в чем неповинных людей, страдающих от взрывов, что гремели в столице? Зато он так был загружен отчетами от оперативных групп, и допросами, что ни о чем другом было некогда думать. Виновников находили, но мало кто мог сказать что-то толковое. Это были либо фанатики, свято верящие в идею магии для всех. Либо люди, которые не могли объяснить, как и зачем сотворили такое. Это особенно пугало, создавалось впечатление, что ими кто-то управлял.
Если это действительно было так, и культ Кровавой Луны научился управлять не только животными, опасность приобретала совершенно иные масштабы. Нельзя было доверять никому, враг посредством подчиненных ему людей, мог проникнуть куда угодно. Будь то дворец или Древо академии, уж очень сходны были симптомы у декана Ланме, что набросился на студенток и у тех, кто попал к ним в руки. Но самое ужасное, что распознать подчиненного заранее, нет никакой возможности.
Советник вышел на связь с «Уроборосом» и попросил о содействии.
И вот сегодня он привычно просматривал очередной отчет, который ему предоставлял «Волчьи Тени», приписанные к академии. Не то чтобы это входило в его обязанности или требовало личного внимания, но день за днем он это зачем-то делал.
На этот раз взгляд сам зацепился за что-то, что заставило его задержать листок в руках, дольше, чем это обычно требовалось.
— Тилирио Нэппингтон... — прочел вслух он одну строчку.
Советник хмыкнул, он хорошо помнил, что с тех пор, как причина его горячих снов вернулась к учебе, она только однажды покидала академию и вспоминать об этом ему совершенно не хотелось. Что же на этот раз?
Лорд Сатем не долго договаривался с совестью и сразу же проверил указанные в заказанном для Тильи пропуске координаты. Результат его неприятно удивил.
— Поместье Иртон Холл?
Он поднял архивы, чтобы проверить все, что ему известно об этом человеке, и даже обнаружил досье. Никакого особого криминала там не было, не считая того, что лорд Иртон был большим любителем молоденьких женщин и из-за этой своей любвеобильности три года назад проходил подозреваемым по одному делу об убийстве. Маньяка, впрочем, нашли, и это оказался совсем другой человек.
Заподозрили же Лео Иртона по причине того, что у него слишком уж часто менялись служанки, все как одна юные и хорошенькие, но все, кроме одной несчастной остались живы и вполне довольны полученной оплатой. Все, на что они жаловались, были постельные пристрастия Иртона, которые не для всех оказались приемлемыми. Собственно, это и обосновывало их увольнение из его дома. В последние же полгода служанки не менялись, и связано это было с тем, что дела лорда Иртона шли неважно. Из-за нападения культистов на один из отдаленных городков, на севере он потерял небольшой золотой прииск, который достался ему по наследству, а теперь то место поглотила Чаща и на то, чтобы добраться и возобновить работу нужно было много средств, который у Иртона не было. Банки отказались дать ему ссуду нужного размера, а накопленное стремительно таяло.
