Наталия Владимировна Дорош родилась 3 августа 1954 года в г. Орджоникидзе (ныне г. Владикавказ), в те годы — столице Северо-Осетинской автономной республики. Её мать, Любовь Герасимовна Бебих, была родной сестрой Валентины Герасимовны Морозовой, матери Юрия Морозова.
Наталия закончила Северо-Кавказский горно-металлургический институт, факультет электронной техники. В 1983 г. поступила в аспирантуру одного из ленинградских НИИ. В это же время она работала преподавателем на кафедре промышленной электроники в Северо-Кавказском горно-металлургическом институте, впоследствии переименованном в Технологический университет.
В 1985 г. вышла замуж и уехала к мужу во Львов. В 1988 г. защитила кандидатскую диссертацию, родила сына Олега.
В настоящее время работает доцентом в Национальном университете — «Львовская политехника» на кафедре медицинской информатики. Наталия Дорош — кандидат наук в области вычислительной техники и электроники, специалист в области биомедицинской электроники и современных информационно-компьютерных технологий. Является автором более 70 научных трудов. Много путешествует, занимается танцами.
Жаркий летний день 2010 года, только лёгкий ветерок овевает наши загорелые тела среди тростников. Тёплая янтарная вода, как прозрачный чай, играет лучами солнца. Она набегает на песчаные отмели. Я всматриваюсь в силуэты кораблей вдали Финского залива: одни идут в Питер, другие — куда-то к далёким берегам. И, кажется, что не было тех сорока лет, пролетевших, словно сон.
В далёком 1971 году мы — я, Юра и моя сестра Нина — были молоды, полны сил и надежд. Короткое питерское лето не казалось таким быстротечным, как теперь. Вечер. Пляж Александрия.[6] Юра с гитарой, я с губной гармошкой и самодельной дудочкой, наигрываем что-то блюзовое. Нина слушает нас. Как давно это было…
Моё знакомство с Юрием Морозовым началось в ноябре 1970 года. Я впервые услышал его музыку в нашей коммунальной квартире на ул. Союза Связи (ныне Почтамтской). Подруга Нины Галя Григорьева и их однокурсницы познакомились на Крымском побережье с ребятами из г. Орджоникидзе, среди которых была неизвестная нам группа «Босяки». Для меня их появление стало новым и даже таинственным. Ведь мне было тогда всего 15 лет. Название группы показалось слегка смешным. Я уже вовсю слушал Битлов, Роллингов, Хендрикса, Bread, Kinks. Мой друг Миша Крстич, югослав по отцу, привозил диски из СФРЮ, куда он ездил летом к родственникам. Мы вместе занимались плаванием и тренировались в бассейне института физкультуры им. П. Ф. Лесгафта. Ребята из нашей спортивной группы буквально «записывались в очередь», чтобы переписать привезённые драгоценные диски. Другим чудесным источником настоящей, на наш взгляд, музыки являлось радио. Допотопный приёмник «Волга» и его КВ позволяли слушать «Voice of America», ВВС, «Метроном», радио «Свобода» на румынском языке. Всё это в конце 60-х было словно музыкой с другой планеты. И я, услышав в 1968 году «Voodoo Chile» (Slight Return), Хендрикса, битловскую «Birthday», сразу понял — это то, что мне надо!
