Я чувствую себя столь же древним, как сам океан… словно я пережил и перечувствовал все, что только мыслимо под этой луной. И я устал. Вот уже который час подряд я брожу по берегу Атлантического океана, загипнотизированный мощной игрой волн. Прошлым вечером в своей гостинице на океанском берегу я слушал магнитофонную запись классической японской музыки. Голоса старинных инструментов перекликались с гулом прибоя, и мне вспомнилась любимая мною Япония. И вот сегодня, на этом влажном песке, голоса сямисэна и фуэ словно бы слились с грохочущими ритмами океана. Сегодня я спокоен, но усталость не покидает меня. Я так одинок…
Сегодня утром белый прибрежный песок вел меня мимо пирса, устремленного в глубь беспокойного боренья волн, мимо женщины, раскинувшейся на одеяле, подставив солнцу свое излучающее матовый блеск тело, мимо выводка ребятишек, чьи звонкие голоса пронзительны, словно крик чаек… И вот я снова маленький мальчик — одинокий малыш на улицах Москвы.
Воспоминания… Они нахлынули, напрочь смыв душевный покой, мечты и кошмары. И прошлое вновь пришло ко мне. И вновь в душе своей я кричал от безумной боли, вновь страдал от безысходного одиночества, вновь видел госпиталь и больничную детскую кровать с высокими боковыми стенками… Смерть отца… Анастасия… Побои…
Япония! Прелесть жизни там. Мои хозяева из КГБ, мои враги… и, о Боже, моя вина. Опасность… решение, побег… Утрата жены и сына. Охота КГБ за мной… опасность.
Как московский уличный мальчишка стал человеком, разъезжающим по заграницам? Япония… Египет… Как майор КГБ Станислав Левченко стал свободным человеком, живущим и работающим в Соединенных Штатах Америки?
<p><strong>Глава первая</strong></p><p><strong>БОЛЬНО: ДЕТСТВО И ОТРОЧЕСТВО</strong></p><p><strong><emphasis>Килл-Девил Хиллс, Северная Каролина</emphasis></strong></p>Внезапно я очнулся от крика детей на берегу. Малыш бежал, заливаясь слезами, а другие — за ним следом, выкрикивая на ходу:
— Не плачь, Билли! Это всего лишь медуза. Не плачь!
— Но мне больно!
И снова воспоминания нахлынули на меня. Почему они кричат?
Желудок мой словно охватило огнем. Все закружилось… завертелось, завертелось, засасывая в тьму… Больно!
<p>МОСКВА, 1941-1964</p>Я появился на этом свете вскоре после нападения германских войск на СССР в 1941 году. Выбрал время — хуже не придумаешь. Я родился в Москве, в столице Советского Союза, через месяц и шесть дней после нападения на него Германии. Сегодня я живу и работаю в столице Соединенных Штатов Америки. Я родился советским гражданином. Теперь я — американец. Цель этой книги — описать мой долгий путь из того мира в этот.
Мне рассказывали, что в первые месяцы войны в стране царили паника и хаос. Москва была переполнена беженцами из западных областей страны, но надолго они в столице не задерживались — их вскоре эвакуировали в отдаленные города на востоке. Неразбериха! Хаос? Уж не эти ли самые ранние дни моего детства определили стиль всей моей последующей жизни? Подозреваю, что это не случайно — что война и я пришли в этот мир в одно время.
