Союзники долго копались в моторах, чертили какие-то схемы и... пришли к выводу, что следует запросить мнение конструкторов фирмы «Виккерс-Армстронг», проектировавшей «матильды». Послали запрос. А ответа нет и нет.
У Шутова с заместителем по технической части лопнуло терпение, и они решили действовать. Чтобы придать видимость коллегиальности, созвали техническую конференцию с участием советских танкистов и английских специалистов. [469]
Мнения разделились. Англичане энергично требовали ждать ответа конструкторов фирмы. Наши настаивали на том, чтобы, не дожидаясь ответа, убрать «трубку Черчилля».
В конце концов союзников убедили. Ведь бригаду со дня на день могли направить в бой. Англичане вынуждены были уступить нашим требованиям.
...В апреле 1938 года английской фирме «Виккерс-Армстронг» выдали заказ на разработку еще одного пехотного танка, но более легкого, чем «матильда». Он должен был иметь низкий силуэт, 40-миллиметровую пушку и броню до 60 миллиметров толщиной. Новый пехотный танк МК– III получил название «валентайн». Оно связано с тем, что заказ на разработку этой машины фирме был выдан военным ведомством как раз накануне дня Святой Валентины. Помимо «Виккерс-Армстронг» в Англии «валентайн» выпускали еще две фирмы.
В июле 1940 года из производства вышли первые машины и до начала 1945 года в Англии их было построено 6855, включая и специальные.
Весной 1941 года за изготовление танков «валентайн» взялись и в Канаде. До середины 1943 года канадцы выпустили 1420 машин.
Все модификации «валентайна», кроме первой, поставлялись в Советский Союз по программе ленд-лиза.
По заказу комитета начальников штабов в конце 1940 года английские конструкторы создали пехотный танк А-22. Выпускался он под маркой MK-IV. До 1945 года промышленность Великобритании выпустила 5640 этих машин, имевших одиннадцать модификаций. Они отличались вооружением, бронированием, способом изготовления башни и т. д. При этом масса танка возрастала.
В угоду премьер-министру Великобритании танк MK-IV нарекли именем «Черчилль». Имел он старомодную форму и напоминал образцы английских танков первой мировой войны. Прямоугольный корпус собирался на каркасе из уголков, к которым заклепками крепились стальные листы, а уж на них на болтах навешивались броневые плиты. Башня литая. Механик-водитель имел крайне ограниченный обзор. Для облегчения его работы [470] применялись гидропневматические усилители на главный фрикцион. Подвеска танка была индивидуальная, на коротких балансирах, подрессоренных вертикальными спиральными пружинами.
Бронирование танка проектировалось для защиты от 50-миллиметровых снарядов. Оно не защищало от снарядов 75-миллиметровой пушки немецкого танка T-IV, не говоря уже о пушках «пантер» и «тигров».
Первый бой танки «Черчилль» приняли 19 августа 1942 года. Позже, в ходе боев в Африке, они показали неплохую проходимость по песчаной почве и хорошие бронебойные качества снарядов своей 57-миллиметровой пушки.
В процессе производства танков «Черчилль» при переходе от одной модификации к последующим в машину внесено 16 существенных изменений – в трансмиссию, систему управления, ходовую часть, вооружение и бронирование. Все это отражалось на увеличении массы танка. В последних сериях она достигала 45 тонн.
Несмотря на все усилия английских конструкторов устранить недостатки танка, полностью избежать их не удалось. Это тормозило производство, вызывало эксплуатационные затруднения. Надежность агрегатов и механизмов оказалась недостаточной.
Премьер-министр У. Черчилль как-то пошутил: «У танка, носящего мое имя, недостатков больше, чем у меня самого». Шутка была небеспочвенной. В 1942 году пришлось переделать 1000 из 1200 ранее выпущенных машин. Сами англичане признавали, что история с «Черчиллем» является неприятной.
Все английские пехотные танки обладали весьма посредственным вооружением и подвижностью. Они очень быстро оказались устаревшими. И несмотря на это, советские танкисты на них воевали. В 1941 —1942 годах Красная Армия получила танки «Черчилль» первых трех модификаций. Они участвовали, например, в боях под Ленинградом и в Карелии, на Курской дуге, в освобождении столицы Советской Украины – Киева.
Первое упоминание о танках в переписке между Рузвельтом и Сталиным приходится на 11 февраля 1942 года. [471]
До этого периода промышленность США еще полностью не перестроилась на военный лад. Кроме того, само танковое производство не было развитым.
В упомянутом выше послании президент Рузвельт писал:
«В январе и феврале (1942 г. – Д. И.) нами было или будет отгружено 449 легких танков, 408 средних танков...»
18 февраля 1942 года в ответном послании Сталина говорилось:
