Свою коллекцию я собирал давно, еще до той поры, когда мой дом, повинуясь неосмотрительно составленному заклинанию, превратился в злобный, коварный и беспощадный Высокий замок. С тех пор много воды утекло… Замок стал больше — изнутри. Снаружи он, говорят, всегда выглядел одинаково — узкой черной башней, вздымающейся ввысь. А внутри появлялись новые, незнакомые помещения, обставленные непривычной мебелью, новые коридоры с картинами, написанными неизвестными художниками… но те залы, что были в замке первоначально, оставались неизменными.
Нет, не совсем… в библиотеке изредка появлялись новые книги. Замок заботился о том, чтобы я не скучал. И книги, и этот стол с картой мира, живой и реальной, и редкие, но остающиеся здесь навсегда гости — все это было для меня. Если бы я знал тогда…
Но коллекция оружия не менялась никогда. Кинжалы и топоры, шпаги и древние мечи, латные перчатки и шлемы с пышными плюмажами — все оставалось точно таким же, как и тогда, много лет назад. Время от времени я снимал клинки с их мест, гладил их, любовался игрой света на гранях насечки, на полированных лезвиях, на драгоценных камнях, украшающих эфесы и ножны. Не стоит говорить, что настоящее оружие не требует украшений, что блестящим камушкам нет места рядом со сталью, жаждущей живой крови. Есть мечи для боя, а есть оружие для красоты. Созданное не для убийства, а для жизни, для радости глазу, для танца.
Я уже давно ненавидел замок. Я с равнодушием относился к книгам — в них не было ответа на мучающий меня вопрос.
А оружие по-прежнему было дорого моему сердцу. И меня раздражает, когда кто-то прикасается к нему без разрешения. Если бы он дотронулся до Изумрудного Жала, я бы, наверное, убил наглеца на месте.
Я вздохнул, отгоняя злобу. Два человека, запертые в этих стенах на долгие годы, должны научиться находить общий язык друг с другом. Иначе это сосуществование и в самом деле закончится кровью.
— Ты обнаружил что-то интересное? — Я старался, чтобы мой голос остался ровным и спокойным.
— Да… — Он на мгновение замялся. — Я не очень понимаю, Санкрист. Вчера еще вот эта равнина была покрыта снегом, а теперь отливает зеленью, словно наступило лето.
— Все верно… Зима в Инталии прошла.
— Прошла? Опомнись, колдун, я ведь здесь всего… — он закатил глаза к потолку, подсчитывая, — всего пятнадцать дней. И попал я сюда в разгар зимы.
