Противостояние. Армагеддон полностью

— Почему ты думаешь, что они могут остаться в живых?

— Конечно, может быть, они и мертвы, — сказал Гарольд довольно сухо. — Но в местах вроде Стовингтона, где приходится иметь дело с заразными заболеваниями, умеют принимать меры предосторожности. И если они еще работают, то, я думаю, они ищут таких людей, как мы. У кого есть иммунитет.

— Как ты до всего этого додумался, Гарольд? — Она смотрела на него с открытым восхищением, и он покраснел от удовольствия.

— Я много читал. Ни одно из этих мест не засекречено. Ну, так что ты думаешь, Фрэн?

Она думала, что это прекрасная идея. Эта идея отвечала ее потребности в порядке и власти. Конечно, люди из Стовингтона не могли умереть. Они доберутся туда, их примут, обследуют и установят ту разницу, то несоответствие, которое существует между ними и другими людьми, которые заболели и умерли. Ей не пришло в голову подумать о том, кому может понадобиться в настоящий момент вакцина.

— Я думаю, нам надо найти дорожный атлас и посмотреть, как мы можем туда добраться, — сказала она.

Лицо его вспыхнуло от радости. На мгновение ей показалось, что сейчас он поцелует ее, и в ту единственную ослепительную секунду она бы не стала возражать, но эта секунда прошла. Задним числом она была рада, что этого не произошло.

По дорожному атласу, в котором расстояния измерялись в сантиметрах, все выглядело достаточно просто.

— Сколько миль нам придется проехать? — спросила Фрэн.

Гарольд взял линейку, измерил расстояние и сверился с масштабной шкалой.

— Ты не поверишь, — сказал он угрюмо.

— Что такое? Сто миль?

— Больше трехсот.

— О Боже, — сказала Фрэнни. — Это разрушает мои представления о мире. Я где-то читала, что большинство штатов Новой Англии можно обойти за один день.

— Это просто такой трюк, — сказал Гарольд ученым тоном. — Действительно, можно побывать в четырех штатах — Коннектикуте, Род-Айленде, Массачусетсе и Вермонте — за двадцать четыре часа, если идти правильным маршрутом, но нам это ни к чему.

— Откуда ты все это знаешь? — спросила она удивленно.

— Книга рекордов Гиннеса, — сказал он пренебрежительно. — Собственно говоря, я подумывал о велосипедах. Или… не знаю… мотороллерах, что ли.

— Гарольд, — сказала она проникновенно, — ты гений.

Гарольд кашлянул и покраснел. Он снова выглядел польщенным.

— Завтра утром мы можем на велосипедах доехать до Уэллса. Там есть фирменный магазин фирмы «Хонда»… Ты умеешь водить «Хонду», Фрэн?

— Я смогу научиться, если какое-то время мы поедем помедленнее.

— О, я думаю, было бы очень неблагоразумно ехать быстро, — сказал Гарольд очень серьезно. — Никогда не знаешь, в какой момент завернешь за поворот и наткнешься там на три разбитых машины, перегородивших дорогу.

— Но мы и не будем спешить, так ведь? Но зачем нужно ждать до завтра? Почему бы не поехать сегодня?

— Ну, сейчас уже пошел третий час, — сказал он. — Дальше Уэллса мы не доедем, а нам ведь нужно еще экипироваться. Это будет легче сделать здесь, в Оганквите, так как тут мы знаем, где что найти. Кроме того, нам понадобится оружие.

Странно. Как только он произнес это слово, она сразу же подумала о ребенке.

— Зачем нам оружие?

Он посмотрел на нее мгновение, а потом опустил глаза. Краска заливала его шею.

— Потому что больше нет полиции и судов, а ты — женщина, к тому же — хорошенькая, и некоторые люди… некоторые мужчины… могут… повести себя не по-джентльменски. Вот зачем.

Кожа его стала почти пурпурной.

Он говорит об изнасиловании, — подумала она. — ИЗНАСИЛОВАНИЕ. Но каким образом может кто-то захотеть изнасиловать меня. Ведь я беременна. Но ведь об этом никто не знает, даже Гарольд. И даже если ты скажешь насильнику: «Пожалуйста, не делайте этого, потому что я беременна», то стоит ли ожидать, что он ответит: «Господи, леди, извините меня, пойду изнасилую кого-нибудь другого»?

— Хорошо, — сказала она. — Оружие. Но все равно мы можем добраться до Уэллса уже сегодня.

— У меня здесь есть еще одно дело, — сказал Гарольд.

Под крышей амбара Мозеса Ричардсона было ужасно жарко. Струйки пота стекали по ее телу, когда они добрались до сеновала, а когда они взобрались по шаткой лесенке на крышу, струйки превратились в реку, от которой потемнела ее блузка.

— Ты думаешь, это необходимо, Гарольд?

— Я не знаю. — Он нес ведро белой краски и здоровую кисть. — Но амбар видно с шоссе № 1, а по нему могут проехать люди.

— Но ты ведь можешь упасть и сломать себе шею. — От жары у нее разболелась голова, и Кока-Кола тошнотворно плескалась у нее в животе.

— Я не упаду, — сказал Гарольд нервно. Он взглянул на нее. — Фрэн, ты выглядишь больной.

— Это от жары, — пробормотала она.

— Ради Бога, спускайся вниз. Полежи под деревом. И посмотри на муху, которая бросит вызов смерти на отвесном десятиградусном скате крыши амбара Мозеса Ричардсона.

— Не шути. Я по-прежнему думаю, что это глупая и опасная затея.

— Возможно, но я буду чувствовать себя спокойнее, если сделаю это.