— О'кей, Фрэнни. В чем дело?
— Я беременна, — сказала Фрэн. — И чертовски напугана. — И внезапно она разразилась слезами.
Джордж положил ей руку на плечи.
— Лори, ты мне потребуешься минут через пять.
— Хорошо, доктор.
Он провел ее в кабинет и усадил на кушетку.
— Ну, почему вы плачете? Из-за близнецов миссис Вентворт?
Фрэнни кивнула.
— Это были трудные роды, Фрэн. Мать очень много курила. Двойняшки весили слишком мало. Родились они поздно вечером, очень быстро. Смерть их могла быть вызвана любой причиной.
— В том числе и супергриппом.
— Да. В том числе.
— Так что поживем — увидим.
— Ну уж нет. Я проведу вам все дородовые обследования. И не только вам, а и любой другой женщине, которая забеременеет в будущем или уже забеременела. У «Дженерал Электрик» был лозунг: «Прогресс — Это Самый Важный Продукт Нашего Производства». В Свободной Зоне самым важным продуктом являются дети, и с ними будут обращаться соответственно.
— Но мы ведь действительно не знаем.
— Не знаем. Но будьте повеселей, Фрэн.
— Хорошо. Я попытаюсь.
В кабинет вошла Лори и протянула Джорджу новую медицинскую карточку. Джордж стал задавать Фрэнни вопросы о ее здоровье и вписывать ответы в соответствующие графы.
— Все прекрасно, — сказал Джордж через час.
Фрэн удивленно подняла брови.
— С ребенком все в порядке.
Фрэн шарила в кармане бумажный платок и сжала его в руке.
— Я чувствовала, как он двигался… но это было уже довольно давно. А с тех пор ничего. Я боялась…
— Он жив, это точно, но у меня есть большие сомнения по поводу того, что вы могли почувствовать, как он двигается. Скорее всего, это были газы в кишечнике.
— Это был ребенок, — спокойно сказала Фрэн.
— Ну, как бы то ни было, скоро он задвигается. Срок ваших родов — от начала до середины января. Как вам это нравится?
— Отлично.
— Вы соблюдаете диету?
— Да, пожалуй. Стараюсь изо всех сил, во всяком случае.
— Хорошо. Не тошнит?
— Раньше тошнило немного, но сейчас все прошло.
— Прекрасно. У вас достаточно физических нагрузок?
На одно кошмарное мгновение она увидела себя с лопатой в руках над могилой своего отца. Потом видение исчезло.
— Да, достаточно.
— Увеличился ли ваш вес?
— Да, фунтов на пять.
— Все в порядке. Можете поправиться еще на двенадцать — сегодня я добрый.
Она усмехнулась.
— Но вы же доктор.
— Следуйте моим советам, и вы далеко пойдете. А теперь насчет велосипедов, мотоциклов и мопедов. Забудьте о них после пятнадцатого ноября, скажем. Так или иначе, все равно никто уже не будет ездить на них к тому времени. Слишком холодно. Вы не курите и не пьете слишком много?
— Нет.
— Если на ночь вам захочется пропустить стаканчик, ничего страшного не случится. Я пропишу вам витамины. Вы их найдете в любой городской аптеке…
Фрэнни рассмеялась, и Джордж неуверенно улыбнулся.
— Я сказал что-нибудь смешное?
— Нет, просто так получилось, что в нашей ситуации это действительно забавно.
— А! Понятно. Ну что ж, по крайней мере теперь никто не будет жаловаться на высокие цены на лекарства. И последнее, Фрэн. Вам когда-нибудь устанавливали внутриматочную спираль?
— Нет, — ответила Фрэн и вспомнила свой сон: темный человек с перекрученной металлической вешалкой. Она поежилась. — Нет, — повторила она снова.
— Хорошо. — Он встал. — Не буду говорить вам, чтобы вы не беспокоились…
— Не надо, — согласилась она.
— Но попрошу вас свести беспокойство к минимуму. Чрезмерное беспокойство матери может привезти к неправильному обмену веществ у ребенка. Мне не особо нравится прописывать транквилизаторы беременным женщинам, но если вы думаете…
— Нет, в этом нет необходимости, — сказала Фрэн, но выходя под жаркое полуденное солнце, она уже знала, что вся вторая половина ее беременности будет отравлена мыслями о погибших близнецах миссис Вентворт.
Двадцать девятого августа в город прибыли три группы. В первой было двадцать два человека, во второй — четырнадцать, а в третий — двадцать пять. Сэнди ДюШьен обошла семерых членов комитета и сообщила им, что теперь население Свободной Зоны превысило тысячу человек.
Боулдер уже не был похож на город-призрак.
Когда Надин вышла из подвала и поднялась наверх, Гарольд убрал свое изобретение в коробку из-под обуви. Это был радиотелефон, найденный им в одном из местных магазинов. Задняя панель его была снята. Изнутри выходили восемь проводов, соединенные с восемью зарядами динамита.
Через несколько часов Гарольд вновь спустился в подвал, закрыл коробку крышкой и осторожно отнес ее наверх. Он поставил ее на верхнюю полку кухонного шкафа. Днем Ральф Брентнер сказал ему, что Комитет Свободной Зоны приглашает на свое следующее заседание Чеда Норриса для выступления.
— Когда это будет? — небрежно поинтересовался Гарольд.
— Второго сентября, — ответил Ральф.
Шел последний день августа. Ларри и Лео сидели на тротуаре напротив своего дома. Ларри пил теплое пиво, а Лео — апельсиновый напиток. Люси стригла лужайку. Он предложил помочь ей, но она покачала головой.
— Попытайся выяснить, что с ним происходит.
