Мы просто выполняем свою работу. Без мыслей. Без чувств. Два убийцы.
Цепкий взгляд привычно выхватывает информацию. Оценка дистанции, стойки противника, позиции.
Мне хочется заорать от острого непонимания происходящего. Неверия в то, что это действительно происходит. Влюблённые бранятся - только тешатся, а моя любовь жаждет моей крови по-настоящему, и живым с пустыря уйдёт только один. Эмоции сменяют одна другую: от попытки образумить до сухого ледяного бешенства.
Лория молчит. Я молчу. Дышу на раз-два, тщательно обдумывая, что делать в этой ситуации. Имеет ли смысл продолжать цедить боль через ситечко разорванной невозможности души? Изнутри скрученной пружиной поднимается чёрная обида. Усмиряю её, не позволяя потерять самообладание. Лория - слишком серьёзный противник. Встретив инквизитора впервые, я влюбился именно в его мастерство.
Оба готовимся, настраиваемся, прогоняем кровь по венам, разминая мышцы незаметными движениями.
Лай-лай-лай, ла-ла-ла, ла.
Песня резко взлетает вверх, не успевая обрушиться вниз.
НАЧАЛОСЬ.
Сумасшедшее, резкое сближение.
Со стороны, наверное, выглядит так, словно две молнии сорвались с места, сталкиваясь грозой и рождая гром.
УДАР.
Парирую атаку наперевес. Давлю клинком, застываю, удерживая чужую волю жгучим ядовито-синим жалом глаз.
В этот раз всё по-другому: лишённое нежности, без права любви. Скрещиваются мечи, разрезая воздух собственным невидимым диалогом.
Секунда - секунда - секунда...
Острая синь, сумасшедшая бездонная чернота напротив. Кристально чёткое понимание.
"Назад дороги нет!"
Сердце стонет раненым зверем, а ум - подлая, совершенная, бездумная машина - находит и просчитывает комбинации, ищет лазейки.
Сухая пыль из-под ног, ветер с песком. В такие мгновения кажется, что время замедляется, отстукивая секунды вечности.
Скользящий сталью крик клинка. Вспышка. Ещё одна.
УДАР.
Воспоминания приходят непроизвольно. Словно тающие искорки костра, или летящие светлыми крыльями мотыльки. Множество воспоминаний.
Говорят, на пороге смерти перед глазами человека проносится вся жизнь, а у меня - только осколки, связанные с Алисси. Вспышки света, бликующие на лезвии.
"... Солнечный зайчик медленно скользит по деревянной стене. Колышутся шёлковые занавески, пропуская майский сквозняк..."
УДАР, снова УДАР.
Солнечный зайчик умер, разбитый танцем меча.
Искры летят от соприкосновения железа. УДАР, блок, толчок, УДАР, перекрестье, откат назад. Короткий полёт в атаке движений, следующих друг за другом.
Мы парим с тобой всего лишь секунду. Две птицы, висящие над миром, белые голубки, крылом к крылу на вершине бесконечности.
УДАР - УДАР - УДАР.
Ходим по кругу, вытаптывая ногами редкую траву с песком. Упрямо сжатая линия рта без надежды на перемирие.
УДАР.
Страстно целуются мечи – словно неистовые любовники, впивающиеся друг в друга сталью, - жадно грызутся лезвиями.
Вспышка. УДАР. Скользит железо. Бешеным лязгом гудят клинки, поют, приветствуя битву песней смерти.
Сможем ли мы насытиться этим? Остановиться? Безумие.
УДАР. Снова УДАР.
Глаза в глаза, вцепляясь друг в друга бешеными зрачками.
О да, Алиссин, ты помнишь эту кипящую страсть?
Тяжёлое дыхание срывается с губ, обжигая лицо.
Скользящий выпад. Уход в сторону. Шаг, разворот, атака по косой.
Лория парирует мгновенно. Обводит, пытаясь использовать обманку и сделать подсечку, но приём не проходит. Бью в колено подкованным сапогом, заставляя утечь инерцией вслед за клинком, и почти бездумно принимаю кинжал наручем, скрытым шёлковой манжетой запястья. Щёлчок пружины активирует когти. Провожу круазе, но Алиссин успевает сделать откат, прежде чем стальная лапа выбьет оружие и порвёт плоть.
Я тоже подготовился, Алиссин, пришёл на эту битву не с пустыми руками.
Синее небо над головой. Сумасшедшая драка. Песня, задающая ритм, танец крестьянок и отблеск костров в памяти...
"Жаркая южная ночь. Мы, обнявшись за плечи, выплясываем под дудочки пастухов, выделываем ногами кренделя.
Трам-па-па.
Слетают тяжёлые ботинки. А ты хохочешь, словно сумасшедший, сверкая белыми зубами. Я впервые видел, чтобы ты смеялся так искренне, легко, по-настоящему. В тот день ты был живым, Алиссин. А потом я убил нас. Ты ещё не знал, что мы мертвы, а я - знал. Знал сразу после твоих слов. Признания, разодравшего пополам.
Венок белых звездочеев на голове, прыжок через костёр. Травинка, волнительно зажатая твоими губами. Я не стал её отбирать, накрыл своими – попробовать... Забрать летний вкус на память."
УДАР - УДАР - УДАР.
Росчерк лезвия – вспышка памяти...
.
========== Пролог (продолжение) ==========
