Мотоциклы с тяжелыми колясками, «Молния» Яблонской и «Призрак» Марковой, выехали из боксов и медленно двинулись к стартовой прямой.
Толпа снова взревела, предвкушая кульминацию вечера.
Анжелика Корнилова.
Яростный рёв «Харлея» оглушал Анжелику, её тело дрожало от этих мощных вибраций. Коляска тряслась так, будто вот-вот отвалится и оставит её беспомощной посреди трассы. Она крепко вцепилась в поручни.
Лера за рулем была сосредоточена, будто статуя. А вот лицо Анжелики — как она сама ощущала, представляло собой гримасу ужаса, смешанного с чистейшей, обжигающей яростью.
«Чёрт бы побрал эту Маркову! Она посмела бросить мне вызов, да ещё и на Виктора глаз положила! На моего Виктора!» — эта мысль пульсировала в висках, подпитывая её решимость.
Старт получился взрывной — толпа на трибуне свистела и ревела, и когда мотоцикл начал набирать скорость, Анжелика почувствовала себя в своей стихии. Её накрыл яростный, почти первобытный восторг от скорости, ветра и ощущения, что они летят над землёй.
Фору, которую им дали по условиям пари, Валерия, прирождённая гонщица, использовала сполна — прямо со старта она рванула с места, словно выпущенная из лука стрела, оставляя за собой лишь облако пыли.
Первые секунды Анжелика боролась с центробежной силой, которая неумолимо тянула её прочь из коляски. Она была уверена, что её сейчас просто выбросит — её тело болтало из стороны в сторону, как тряпичную куклу, а каждый поворот был испытанием на прочность вестибулярного аппарата и нервов.
— Всё, успокойся, мы разогнались и теперь я буду держать скорость, потом наращивать её! — твёрдым голосом сказала ей Лера через встроенную в шлем рацию. — Работай по моей команде, поняла?
— Да, я готова! — подтвердила Анжелика.
Как второй номер в экипаже она должна была балансировать мотоцикл, то есть наклоняться в унисон с ним при входе и выходе в повороты, чтобы помочь Лере сохранить равновесие. Машину надо было чувствовать, стать с ней единым целым — это было куда сложнее, чем казалось в теории и на тренировке.
Каждый мускул её тела сопротивлялся непривычным, опасным движениям, а разум боролся с паникой и яростью.
Анжелика чувствовала, как её магия воздуха, всегда такая подконтрольная ей в обычной жизни, рвётся сейчас наружу, будто дикий, неукротимый зверь, запертый в тесной клетке. Она попыталась использовать её для ускорения, но вместо направленного, обтекаемого толчка, который должен был немного их ускорить, создала лишь хаотичный, яростный порыв ветра. Потоки воздуха заставили мотоцикл слегка вильнуть.
— Не используй магию, пока я не скажу! — в динамике раздался недовольный голос Леры. — Ты нас так перевернёшь и без поворота.
— Я поняла, постараюсь, — ответила Анжелика, ощутив прилив стыда — она мешала напарнице, а не помогала.
Анжелика повернула голову к ней и увидела, что Лера хоть и напряжена, но её руки крепко сжимают руль, уверенно удерживая мотоцикл на трассе.
При заходе на второй круг Анжелика сильно переклонилась и увидела далеко позади себя мотоцикл соперницы, которая также летела на полной скорости.
— Мы выигрываем? — спросила она Леру хриплым от напряжения голосом.
— Проедем этот круг и увидим на табло. Не думай об этом и сосредоточься на гонке, — велела гонщица.
Её уверенный тон успокоил Анжелику.
Второй круг прошли уверенно — мотоцикл нёсся по трассе, преодолевая вираж за виражом. Ветер свистел в ушах Анжелики, проникая даже сквозь шлем. Второстепенные мысли отступили на задний план — остались лишь гонка, рёв мотора и ощущение собственного тела, которое уже стало продолжением мотоцикла.
Анжелика каким-то образом чувствовала, как Ирина и Вика сокращают разрыв. Хотя их и не было видно в непосредственной близости, само ощущение их приближения, их скорости, магическим образом передавалось Анжелике.
После захода на третий круг силуэт мотоцикла Ирины маячил уже не так далеко, как это было на старте. Каждый поворот казался теперь Анжелике битвой не только с центробежной силой, которая норовила вышвырнуть её из коляски, но и с незримым, давящим преследованием Ирины. Она старалась изо всех сил наклоняться в коляске, чтобы помочь Лере, стать её продолжением, её балансиром. Её мышцы горели от напряжения, а лёгкие требовали больше воздуха.
«Я не могу проиграть, не могу потерять Виктора», — её мысли заглушали даже рёв мотора и свист ветра.
Заходя на четвертый круг, Анжелика увидела показатели на табло — Ирина почти нивелировала фору, которая была у них с Лерой.
На пятом круге Анжелику охватило чистое, всепоглощающее отчаяние — Ирина сравнялась с ними по времени.
— Нам надо что-то делать, они догоняют, — сказала она Валерии.
— Сейчас пройдём этот поворот, и тогда используй свою магию по полной, но только аккуратно! — ответила Лера. — Разгони нас, но контролируй поток!
Поворот выдался тяжелым — у Анжелики от напряжения судорога свела ногу. Она даже вскрикнула от боли.
