— Есть шанс что не возьмется. А если мы будем торговаться дальше, то неизвестно, с кем она решит расправиться первым. Мы более удобная цель, нас не надо искать. Можно снести Валайи одним ударом аннигилятора. И всё, главное управление устранено, а потом можно искать по закоулкам космоса Луку.
— Это просто два шанса, две вероятности, почему ты выбираешь эту?
Тарик пожал плечами. Голос тоже молчал. Тогда мужчина продолжил:
— У неё есть козырь — блестящая плесень. Если она нам не поможет, нас даже и убивать не придется. Мы не смогли отбить у неё наше изобретение. Мы не можем бесконечно надеяться, что однажды мы загоним её в ловушку. Это пустые надежды. Нам нужно предложить ей что-то выгодное. И нам нужно ещё доказать, что мы не ударим ей в спину.
— Ты хочешь полететь сам на Тартар и договариваться с наемниками?
— Да, — кивнул головой Тарик.
— Но всё может закончится смертью.
— А ты боишься за свою жизнь? — вдруг спросил он ядовитым голосом своего внутреннего жителя. — Разве не ты только что говорил о приоритете коллективного над индивидуальным?
— Вот поэтому и спрашиваю, я всего лишь единица из сотен мне подобных, моё место займет другой, у меня нет личности. А ты? Ты можешь быть убит.
— У нас есть такая особенность, кто-то называет её глупостью, кто-то жертвенностью, а кто-то геройством. Но тебе это не понять. Ну так что, ты согласен отправиться на Тартар?
— Согласен. Нужно только обсудить детали, — неожиданно мягко ответил его слизень внутри.
Впервые Тарик не просто выполнял волю, под жестким контролем, а собирался сделать что считал правильным. Это было совершенно особое и приятное состояние не смотря ни на что. Он стал собирать всю возможную информацию о Тартаре, Лаэру, членах её команды. Когда он наткнулся на имя Грая, то точно понял: это тот самый мутант, который после окончания академии прикончил своего преподавателя и сбежал. Сухая информация не говорила в чем была суть конфликта. Лаэру была с Зента, но там она просто сдала экзамены, её имя упоминалось в выдаче сертификатов. Возможно, она вообще не имеет никакого отношения к абиросцам. Все остальные сведения о ней были связаны только со «Струной Вселенной». О Дарке было неизвестно ничего, кроме того, что он сейчас является членом их команды. Бьяр оказался беглым бандитом в прошлом. О пятом члене команды, кроме имени Нерли, он вообще ничего не нашел. Вся это их команда, или нет тоже было неясно.
Так же он так и не знал ответ, почему этот проклятый ученый Серхио Риде, именно Лаэру отдал аннигилятор.
Его внутренний сожитель настоял на том, чтобы на Тартар вылетел флот из нескольких сот кораблей. Хотя Тарик не видел в этом никакого смысла, если она решит уничтожить, то не имеет значения один корабль или сотню. Но, может быть, слизни имели своё представление о дипломатии и Тарик не мог прилететь как нищий торговец без большого сопровождения.
Через несколько оборотов флот был собран, последние приготовления остались позади и Тарик занял место в шикарной, удобной, каюте. Разглядывая голограммы по стенам которые создавали иллюзию солнечного цветущего луга, Тарик почувствовал раздражение и убрал голограмму. Всё-таки миссия предстояла непростая, а среди лугов и цветов можно мечтать и отдыхать, он хотел сосредоточиться на решении проблемы.
— Ты не любишь комфорт? — удивился слизень внутри.
— Он мне сейчас мешает.
Крейсер с отличительными символами Дома Избранных мягко ушел в прыжок. Вместе с ним ещё три сотни кораблей военного флота грогоровцев, они держали курс на Тартар.
— Я хочу сообщить тебе ещё кое-что, — вдруг начал слизень.
Тарик напрягся, информацию, которую сообщают в последний момент редко бывает приятной.
— Не смотря на нашу общность, мы все-таки отличаемся.
— Чем? — мужчина затаил дыхание.
— Тебе не обязательно произносить все мысли, я их и так понимаю.
— Нас здесь никто не слышит, — возразил мужчина. — И я не выгляжу идиотом, разговаривающим сам с собой. Так чем вы отличаетесь?
— Количеством возможностей.
На этот раз мужчина не успел произнести вопрос, как его внутренний собеседник продолжил:
— В нас есть определенная энергия, которая может модифицировать и изменять носителя.
Мысли Тарика метнулись и уже прозвучал ответ:
— Правильно вспомнил, если бы некоторые из нас не имели такой возможности, то как бы ваши предки спаслись на той убивающей вас планете?
— То есть, вы их изменили, они мутировали, и поэтому смогли выжить?
— Да. В дальнейшем, мы никогда этого не делали, но это не значит что мы этого не можем.
— И сейчас, мы тоже сможем находиться на той планете?
— Конечно, нет, — наверное, если бы его собеседник мог рассмеяться, то он бы это сделал, — мы убрали все чуждые вашему виду мутации. Так вот, производить эти мутации может не каждый из нас.
Тарик мысленно задал вопрос, который так настойчиво вертелся у него в голове.
— Ответ утвердительный. Я могу совершать такие мутации, если ты окажешься на той планете, то ты выживешь, — эту информацию его внутренний собеседник произнес так же спокойно.
— То есть ты можешь в любой момент изменить меня?
