«Имущество Сальвадора Альенде, обнаруженное в его частной резиденции “Томас Моро”, оценивается экспертами в 8 миллионов долларов. Согласно нотариальному акту главного нотариуса города Сантьяго от 12.09.1973, сразу после военного переворота, в шкафах социалиста Альенде было найдено: 120 пар ботинок, 1.862 штуки нижней одежды, 168 костюмов (из лучших английских тканей), 625 спортивных курток, 625 рубашек, 1.630 галстуков, 29 шляп, 34 пальто и так далее. Затем перечисляются персидские ковры, серебряная посуда и много ценных произведений искусства. В подвалах обнаружено более 5.000 бутылок самых изысканных спиртных напитков. Нотариус установил большое количество коммунистической литературы — от полного собрания сочинений Ленина и до “Справочника партизана”. Кроме того, была найдена обширная коллекция порнографических материалов и неких специальных приспособлений, которыми пользуются сексуальные извращенцы, обычно типа СМ, то есть садо-мазохисты, каковые приспособления довольно трудно описать в печати, так как это вещи непечатные».
Как говорится, комментарии излишни. Кстати, фашист Гитлер застрелился, выстрелив себе в рот, и антифашист Альенде тоже застрелился в рот. Марксистское единство и борьба противоположностей. А фрейдисты уверяют, что это фаллический символ. Вот вам корни чистого марксизма. Мы из вас здесь таких чистеньких марксистов сделаем, что и сами себя не узнаете.
Генерал-профессор новой советской инквизиции Соломон Абрамович Коган собрал свои записки и тяжело вздохнул:
— Вот я тут из кожи вон лезу, спасая евреев от антисемитизма. А они все равно будут твердить, что я сам антисемит… Ох, трудно быть у евреев вторым мессией…
Плевелы — сыны лукавого: враг, посеявший их, есть дьявол.
Генерал-профессор Борис Руднев читал лекции по теории литературы:
— Товарищи, перед революцией в русской литературе были очень сильны всякие декадентские течения, которые подрывали моральные устои существующего строя. Например, Толстой и его учение о «непротивлении злу насилием». Как это выглядело на практике? Когда революционеры-террористы убивали жандармов, граф Толстой молчал, как рыба. Но когда этих убийц ловили и вешали, граф Толстой поднимал вой на весь мир: «Не могу молчать!» За это Ленин прямо назвал Толстого «зеркалом нашей революции».
После революции, во время Великой Чистки, Сталин загнал в Сибирь чуть не половину Союза советских писателей. Причем в первую очередь пострадали именно те левые писатели, которые помогали делу революции.
После Сталина пришел Хрущев и распустил концлагеря. Дали людям больше свободы. Но вскоре опять начались неприятности. В первую очередь с литераторами, начиная с Пастернака и кончая Солженицыным, которых окрестили диссидентами. Теперь нам приходится выбрасывать некоторых из этих диссидентов за границу. В чем же загвоздка с этими писателями?
Чтобы понять эту проблему, заглянем в тот уголок литературоведения, о котором писатели обычно не любят вспоминать. Возьмем книгу доктора-психиатра Макса Нордау-Зюдфельда «Вырождение», где специально разбирается вопрос о дегенерации в литературе. Подведем, так сказать, теоретическую базу.