Через много лет, приходит понимание справедливости суровой и героической эпохи. Процесс над "врагами народа" действительно оказывается процессом "без срока давности"
В полутемной комнате напротив меня сидел человек. Чуть наклонившись вперед и замерев в этой позе, он смотрел на меня застывшим и немного отрешенным взглядом. Незнакомец явно ждал, когда я проснусь.
Окинув взглядом комнату и почему-то нисколько не удивившись тому, что гость сидит там, где еще вечером стоял шкаф, я поднялся и сел.
Некоторое время мы молча сидели друг против друга. Полумрак, частично растворяемый ночником, не позволял подробно рассмотреть гостя. Я смог разглядеть лишь его маленькую бородку и косоворотку, которую видел раньше только в фильмах и старых фотографиях начала двадцатого века.
- Доброго вам пробуждения! – негромко проговорил гость.
Я удивленно оглянулся на совершенно черное окно.
Незнакомец перехватил мой взгляд.
- Не могу пожелать вам доброго утра, - сказал он, как бы извиняясь, – поскольку до утра еще далеко, но доброй ночи, которую вы видите за окном, принято желать лишь ко сну, а мне бы не хотелось сейчас … терять время на сон.
Выслушав такое словесное нагромождение и попытавшись вникнуть в сказанное, я постепенно начал приходить в себя.
- А где шкаф? – наконец пришло мне в голову спросить незнакомца.
Гость пожал плечами и огляделся.
- А здесь должен быть шкаф? – спросил он. Еще раз оглядевшись, он добавил, - Побудьте пока без шкафа.
Я протянул руку к торшеру, включил свет и в легком шоке осмотрел комнату. Мой гость сидел он на невесть откуда взявшейся кровати. Она была аккуратно заправлена грубым серым одеялом. Такие когда-то давно выдавали в поездах дальнего следования
Фу-ты! Так это все еще сон! – наконец пришло мне в голову. Вот почему здесь только часть моей комнаты! Я посмотрел на темное окно и непроизвольно прислушался.
Сон… Вспомнилось, как сами собой закрылись веки. Под лай собак, который еще слышался где-то далеко за окном, начали путаться мысли, комнату обволокла темнота. Спустя некоторое время все постепенно провалилось в небытие, остался только приглушенный лай. Многочисленные дворовые собаки устроили на ночь свою ритуальную перекличку. Все остальное во вселенной прекратило свое существование. Хотя, "прекратило существование" – слишком кругловато сказано. Просто не стало ничего. Наяву такое "ничто" представить себе невозможно, но в те минуты – нет ничего и все! И даже представлять себе ничего не надо. Вскоре не стало и лая собак.
Впрочем, кое-что все-таки появилось! Вот дома, например. Улица. Что за улица – трудно понять. Хотя, если присмотреться, можно узнать что-то из давних студенческих лет. Вот общежитие.
Приятное волнение слегка прокатилось в груди. Мое давнишнее студенческое общежитие. Вхожу в холл, дальше прохожу в коридор, подхожу к двери в свою студенческую комнату.
Сквозь дремоту пробился прерывистый лай, и на душе вдруг стало тревожно.
Открываю дверь и попадаю… в свою нынешнюю квартиру.
А что тут удивительного? – подумалось мне. - Ведь живу-то я теперь здесь. Вот здесь, например, сплю.
Где-то на задворках сознания продолжала слабо пульсировать тревога.
…В тот вечер я принимал участие в жаркой дискуссии. Разумеется слово "жаркая" – эпитет. Отчасти и дискуссия – тоже условная, поскольку в отличие от настоящей "живой" дискуссии я не видел оппонентов. Я спорил с абстрактными "никами". Передо мной были лишь иконки на мониторе компьютера, а рядом с каждой – тексты. Длинные, короткие, ругательные, сдержанные, хамские. Это и есть – нынешние дискуссии. Спорили о политике. Точнее говоря, о не столь отдаленной истории. Схлестнулись вокруг одного эпохального судебного процесса. Тема спора, сколько я помню, периодически становилась предметом дискуссий, начиная со студенческих лет. Быть может, именно поэтому мне приснился холл студенческого общежития, где собирался наш дискуссионный клуб. Ведь впервые этой темы я коснулся именно там. Тогда тот спор так и остался незаконченным. Стороны уперлись в недостаток фактов. Не было у нас в те времена одного достоинства интернет-диспутов: если тебе не хватает аргументов, можно открыть дополнительное окно и пуститься в обширный сетевой поиск. Теперь, гуляя по разным сайтам и обнаружив там для себя много принципиально нового, я подумал, что, как жаль, что этого не доставало нам тогда. В конце концов, я отключил окно форума и стал читать собранные материалы, начав со стенограммы того самого процесса…
…Я смотрел в темное окно и прислушивался. Мне почему-то захотелось услышать лай собак. Но его не было.
- Успокоились пока собаки, – сухим голосом проговорил гость.
Я невольно вздрогнул. Вспоминая о студенческих годах, я забыл о госте.
- Вы, - пробурчал я, – повторяете мои мысли! Вы – мое воображение! Мой сон!
Гость хмуро посмотрел на меня.
- Я - сон? – он огляделся. – Нет, сон – всё вот это! – незнакомец провел рукой по воздуху. – Сон – это сон, а…
Гость пристально посмотрел мне в глаза.
- Я – это Я! – закончил он свою фразу.
От его немигающего взгляда по моей спине пробежали мурашки. Апатию сдуло, как ветром.
- Это не ВЫ видите меня во сне, - негромко сказал незнакомец, - это Я заявился в ваш сон!
