Мы удобно устроились на моей кровати, установив ноутбук на стол. Эля сидела слева, Пабло справа. Первый фильм был о семье, жившей на удаленном острове, и в чьем доме жили призраки. Напряженный фильм, хоть и страшных моментов там почти не было, но мне приходилось пару раз утыкаться лицом в плечо Пабло, чтобы не смотреть. Ну не люблю я ужастики. Эти двое тащатся от них, а я терпеть не могу. Зуб даю, что ночью кто–то из призраков мне будет чудиться за фанерой туалета.
— Держи за руку лучше, — хохотнул добрый друг, когда я в очередной раз ткнула ему носом в плечо.
Только после его слов, я физически почувствовала, как напряглась Эльвира и опустила бутылку с пивом, которую так и не донесла до рта. Лицо, которое еще секунду назад улыбалось, вдруг стало каким–то отрешенным. Чего это она? Не поняла сначала я, а потом как громом среди ясного неба громыхнуло... Господи, да она ревнует! Ревнует Пабло ко мне, а я, дура, даже не подумала о том, как это может для нее выглядеть.
— Нормально, — вежливо ему улыбнувшись, я отрицательно качнула головой. — Я тренирую свое бесстрашие.
— Ааа, а сделать из моего плеча решето — это прием такой? — смеясь, уточнил он.
— Обещаю, твое плечо останется в целости и сохранности! — я тоже рассмеялась. — Больше я не буду его мучить. Буду тыкать Элю.
— Ну как хочешь, — сделав глоток из бутылки, друг снова уткнулся в монитор ноутбука. Эля посмотрела на меня и благодарно улыбнулась. Вот глупенькая моя, я бы никогда так с тобой не поступила. В подтверждение своих мыслей, я крепко сжала ее руку.
К вечеру к нам присоединилась Донья, и даже поделилась ранее заныканным от внучки ромом. Сделала для всех бутерброды, и теперь фильмы ужасов для меня уже были не страшны. Мы хохотали как безумные, когда Донья пыталась скопировать самого страшного призрака, и, по–моему, у нее вышло даже страшнее, чем у него. Вот… вот кто будет меня сегодня пугать из туалета!!!
Пабло мы не отпустили, а уложили спать рядом с Элей на полу, тот что–то пробубнил о том, что его царское тело не предназначено для сна на твердой поверхности и он может спать только на диване. Правда, вариант сна с Доньей его тоже не устроил. Других мы не предложили, поэтому еще немного поворчав, тот, все–таки, уснул, «где был покладен». Главное ночью на него не наступить, когда выпитые пиво с ромом потребуют выхода. Уже через несколько минут я проваливалась в сон, в пьяном воображении представляя, как пишу смс Андресу, а тот криво ухмыляется, читая его…
«Спокойной ночи, мой Бэтмен!»
Проснулась я ближе к обеду от того, что кто–то противно скрипел фанерой по полу. Приоткрыв глаз, увидела, как Пабло пытается придвинуть доску. Та съехала и прищемила ему палец.
— Твою бабушку! — прошипел он сквозь зубы на бедную повидавшую жизнь фанеру.
— Я не смотрю, не волнуйся, — улыбнулась я, прикрываясь покрывалом. — Могу даже отвернуться!
Пабло выглянул из–за фанеры, такой заспанный. Волосы с одной стороны сбились в кучу, а с другой вообще чем–то напоминали гнездо ленивого дрозда. Широко улыбнулся.
— Ты уже проснулась, mi amor! Не хочешь мне спинку потереть? Я как раз пытаюсь выбраться из туалета в ванну. — Черт, я только сейчас увидела, что он, оказывается, без штанов. Хоть и основная часть тела находится за фанерой, все же если он немного сдвинется, то я увижу больше, чем требуется. А мне спросонья этого совсем не нужно! Лучше кофе!
— Обойдешься! Я нам сейчас поесть сварганю пока, а то мне скоро на работу! А ты там давай оттирайся сам. Можешь даже взять мой гель для душа, — крикнула я, когда он открыл кран с водой.
— Это который ванильный? — послышалось недовольное бурчание. — Мне же еще в город ехать!
— Ну вот, будешь приятно пахнуть! — хихикнула я, и принялась за приготовление нашего завтрака–обеда.
Перекусив, я тоже приняла душ, молниеносно, можно сказать, потому что очень сложно расслабиться, зная, насколько прозрачный полиэтилен, и как много может рассмотреть сейчас Пабло. Хоть я и запретила ему даже коситься в эту сторону, но сомневаюсь, что он настолько послушный. Даже я не смогла сдержать любопытного взгляда, который успел оценить его крепкий упругий зад даже сквозь мутную занавеску.
К двум часам Пабло подвез меня к ресторану, и вышел вместе со мной, сославшись на то, что хочет взять в дорогу минералки. Это при том, что дальше есть магазинчик, в котором содовая стоит раза в два дешевле, чем здесь. Пожав плечами, я толкнула входную дверь. Кафе пустовало, но это и не странно. Обычно посетители подтягивались чуть позже.
Андрес уже был на рабочем месте, протирая бокалы белоснежной тряпочкой. Услышав звон колокольчика, он поднял взгляд, и по моему телу разлилось приятное тепло от улыбки, которая нарисовалась на его лице. Все та же дерзкая и самоуверенная, но теперь лишенная привычного холода. Наверное, теперь он чувствовал себя обязанным быть дружелюбнее после того, что произошло вчера. Я улыбнулась в ответ, но тут же удивленно округлила глаза когда рука Пабло вдруг по хозяйски легла мне на талию.
— Что ты делаешь? — шепнула я.
