Не слушая браслет, девочка изо всех сил ударила огнём по одной из брошенных баррикад. Пламя мгновенно охватило всю мебель и с рёвом прошло весь коридор до самой лестницы, спалив с полсотни жрецов. Проделать то же самое со второй баррикадой не получилось из-за того, что жрецы преодолели её и теперь уничтожали беспомощных гвардейцев, как цыплят. К тому же в коридоре и так было очень жарко и дымно. Ещё один пожар никто не вынес бы. Настя с мечом в руках рванулась на помощь к отцу с братом, но опоздала. Отца оглушили и куда-то поволокли, а брату один из жрецов перерезал горло. Накатившая ярость превратила её в ходячую смерть. Жрецы один за другим лишались силы, при этом каждый из них на пару мгновений застывал в растерянности. Девочке этого хватало. Укол мечом, и она, оставляя за собой мёртвое тело, бросалась к ещё живому врагу. Враги как-то неожиданно закончились. От сгоревшей баррикады занялись перекрытия, и коридор начал наполняться клубами чёрного дыма. В живых остались девять гвардейцев, но они были не в состоянии сражаться. Жрецы потеряли от меча Насти десятка три своих и отошли к лестнице. Пока никто из них не взялся за арбалеты, она подобрала лук и уцелевший колчан со стрелами и побежала к дверям в комнаты Лиссы. В них никого не оказалось, а в распахнутое окно спальни свешивались связанные простыни. Девочка бросила вниз лук, повесила на шею колчан и по простыням спустилась на землю. На пути к подвалу встретился только один жрец, которого она застрелила без магии.
«Ну и глупо! – прокомментировал её действия Раш. – Тебе не нужна сила? Знаешь, сколько ты её использовала? Твои жрецы не восполнили и половину этих трат!»
Не отвечая, она сбежала в подвал и использовала магию поиска. Беглецы прятались за бочками с вином.
– Не стреляй! – крикнула Настя. – Быстро идите ко мне, пока сюда никто не спустился!
Гвардеец подошёл к ней с арбалетом и сумкой с продуктами. Одетая в плащ Лисса, чтобы не упасть, держалась за него рукой.
– Вы одни, ваше высочество? – спросил он. – Будет ещё кто-нибудь?
– Никого не будет, – ответила девочка, взяв свободной рукой руку сестры. – Сейчас идём к подземному ходу. Поможешь нам, а потом можешь делать что хочешь. Король жив, но это ненадолго, так что можешь считать, что присяга уже не действует. Если поклянёшься мне в верности, могу взять с собой. Лошади и золото у меня есть.
– Я помогу, а потом, с вашего разрешения, останусь в столице, – ответил гвардеец. – У меня здесь семья.
– Что с Джастиным? – спросила Лисса. – Он умер?
– Его убили, а отца захватили в плен, – ответила Настя. – Прости, но я не успела им помочь. Давай поговорим об этом потом. И плакать будем тогда, когда окажемся в безопасном месте. Тебя как зовут?
– Данияр, ваше высочество, – ответил гвардеец.
– Достаточно госпожи, – сказала девочка. – Сейчас я немного подсвечу. Видишь сумки? Бери их, мне нужны свободные руки.
Она отпустила сестру и, подсвечивая себе магическим фонарём, открыла подземный ход. Все поспешили в него зайти, после чего Настя рычагом вернула стену на место. Ход был просторным и света фонаря хватало на десять шагов, поэтому без труда дошли до подвала трактира. Ведущая в дом дверь была открыта, и они сначала прошли в комнату, потом в прихожую и, никого не встретив, вышли на улицу. Рядом с трактиром была нужная конюшня. Конюх без слов подвёл им двух осёдланных коней.
– Возьмёшь коня за помощь, – сказала девочка Данияру. – Помоги закрепить сумки, подашь мне сестру и можешь уезжать. Спасибо тебе и удачи!
Вскоре никем не узнанные девочки выехали из столицы и рысью двинулась по тракту в Сомское королевство, куда вчера уехала Ларра. Настя посадила сестру перед собой и прикрыла своим плащом. Они молча ехали до самого вечера и остановились на ночлег в первом же встреченном трактире.
– А где взрослые? – поинтересовался конюх, когда ему подвела коня невысокая и хрупкая на вид девочка.
– Нет взрослых, – ответила она, – но это не значит, что я без защиты. В случае чего так приголублю магией, что мало не будет. Усёк? Тогда держи повод.
Вслед за поводом в руку конюха упали три серебряные монеты. Поблагодарив, он занялся конём, а девочка, с которой оказалась ещё и малышка, нагрузившись сумками, ушла в трактир. Там состоялся похожий разговор.
– Вы с кем? – спросил старшую из девчонок трактирщик.
– Мы сами по себе, – ответила она. – Нужна комната на двоих и ужин. Утром позавтракаем и уедем. За всё плачу вперёд, а остальное вас не касается.
– Не страшно? – сказал он. – И старшим грубишь, я ведь могу и обидеться.
– Смотрите, чтобы не обиделась я! – сердито ответила девчонка, и у стула, на котором сидел трактирщик, обломились ножки.
– Намёк понял? – сверля его глазами, спросила ведьма. – Стул можешь учесть при расчёте. И не вздумай подложить в пищу какую-нибудь гадость. Я это почувствую, и тебе, если уцелеешь, придётся строить новый трактир.
