Азия наполнена имплантами, кланами и сияющими голограммами. Хакер Ашен Сон работает на корпорацию, и ее владелец лично просит отыскать виновного в смерти старого знакомого. Который успел оцифровать личность и готов помочь с поисками собственного убийцы. Примечания автора: Название — отсылка к "тесту бессмертия". Тест бессмертия — это вариация теста Тьюринга, которая определяет, качественно ли передан характер человека, а именно возможно ли отличить скопированный характер от характера человека, послужившего его источником.
Небо над Коулуном никогда не бывало полностью темным.
Ашен Сон смотрел на отсветы на облаках и постукивал по парапету в рваном ритме. Указательный и безымянный пальцы скрывали перчатки.
Голограммы карпов проплывали вверх и вниз перед его лицом, но Ашен Сон давно научился не обращать внимания на рекламу. Столбы зазывали на фестивали, предлагали новую зубную пасту и дорогущие импланты, которые в этой районе никто не мог себе позволить.
Лан опаздывал.
Хотя больше удивляло, почему он вообще решил встретиться лично.
Вверх от парапета шла лестница, терявшаяся во мраке следующего уровня района Коулуна. Узкие проулки извилисто вели во все стороны, подсвечиваемые рекламой. Доносился запах горячей еды и повторяющаяся по кругу модная мелодия.
Обогнув Ашена, мимо заторопился сухонький китаец, пробормотав что-то про «ровноглазых». Мысленно Ашен Сон хмыкнул. Вообще-то европейцем был только отец, но от него досталась и бледная кожа, и вся внешность.
Ашен всю жизнь прожил в Объединенной Азии. В городах, полных людей, высоких технологий и неоновых реклам, обещающих всё счастье мира по сходной цене. Ашен разучился верить в это еще ребенком.
Вздохнув, Ашен с раздражением провел рукой по волосам. Попробовал рассмотреть свое отражение в грязной витрине закрытой сейчас лавки. Корни светлых вроде бы отрастали. И почему при всем уровне нынешних технологий не могут придумать краску, которая заставляла бы волосы сразу расти пепельными? Хотя ходили слухи, «Аморе косметикс» работали над этим и скоро представят новинку.
Голограмма карпа замерцала помехами, но быстро пришла в норму. Видимо, перебои с энергией. Когда-то Коулун считался трущобами Гонконга, потом стал парком, а теперь снова вернулся к первоначальному состоянию: тесные домишки, так себе условия жизни, зато самая низкая арендная плата и внимание властей сквозь пальцы. Идеальное место, чтобы встретиться вдали от любопытных глаз — или хотя бы не чувствовать на себе чужое внимание.
Услышав подъезжающий мотоцикл, Ашен Сон обернулся и облокотился на парапет. Напустил на лицо безразличное выражение и даже насмешливо приподнял брови, всем видом показывая, что он вовсе и не ждал особо.
Мотоцикл лавировал на узкой улочке, едва не касаясь поцарапанными боками стен. Райдер пригнулся, чтобы не задеть висевшие фонарики из рисовой бумаги.
Мотоцикл остановился перед Ашеном. Голова в шлеме повернулась, но Ашен ничуть не смутился. Приподнял подбородок, смотря нагло и не включая встроенные в глаза импланты.
Райдер снял шлем, оказавшись молодым китайцем, которого большинство считали привлекательным. Высокие скулы, очень темные глаза. Пальцы украшали перстни, в ухе поблескивала тонкой цепочкой серьга.
— Ты выглядишь слишком нагло для ровноглазгого в Коулуне, — заметил китаец.
— А где твой шлем с кошачьими ушками?
Усмехнувшись, Лан слез с мотоцикла. Он был одного роста с невысоким Ашеном, но казался более хрупким. Вряд ли кто на местных улицах признал бы в нем одного из самых могущественных людей Гонконга, Великого дракона корпорации «Шэньхун». Маскировался он отлично: никакой охраны или скоростных байков, которые он обожал.
— Покурить есть?
Ашен Сон молча достал пачку, и Лан проворно вытащил сигарету. Язычок от пламени зажигалки смешался с холодным светом голограммных карпов. Затянулся Лан с видимым удовольствием: запрокинул голову, прищурившись и прислонился к парапету.
По лестнице спустилась китаянка в замызганном халате, ворча себе под нос. То ли на каком-то наречии, то ли просто настолько неразборчиво, что Ашен уловил только раздражение об очередных молодых лоботрясах, которые встали посреди дороги. На ухе у нее мерцал кохлеарный имплант, способный отсекать заданные звуки.
— Давно вернулся в Гонконг? — спросил Ашен.
— Только что. Джетлаг меня однажды доконает.
Открыв глаза, Лан повернул голову, внимательно смотря на Ашена. Тот давно привык к подобному взгляду, хотя в первый раз, когда сын главы клана посмотрел на него именно так, Ашен пожалел, что решился просить убежища и защиты.
Взгляд будто сквозь.
Подобный бывал у обладателей имплантов: глаза выдавали им всю доступную информацию о человеке. Шэнь Лан смотрел так, будто хотел без всяких нейроштук докопаться до сути, узнать, что за человек перед ним.
— Я помню, ты терпеть не можешь летать, — хмыкнул Ашен. — Особенно через полмира. Думал, завтра возвращаешься.
— Завершили встречу раньше.
— Всё прошло… успешно?
Лан кивнул, выпуская дым в белесое небо. Они были знакомы несколько лет, с тех пор как Ашен Сон продал клану Шэнь всю информацию, которую умыкнул у одной корпорации, и попросил защиту. Они же решили дать гораздо больше и наняли хакера на работу.
Тогда Ашен Сон верил, что это и правда обычное деловое соглашение с «Шэньхун». Именно Лан объяснил, что это нечто большее. Теперь Ашен часть клана. Они убьют за него, если понадобится — но и он должен быть готов умереть за них.
Лан стал его другом. Но даже Ашен не всегда мог понять, что у того в голове.
