– На базе завода разворачивайте обучение гражданской молодёжи вождению машин, с обязательным привлечением командиров третьего, четвёртого и пятого полков. Через три месяца в каждом полку водить машины должны уметь все офицеры, сержанты и четверть личного состава. Ну, об этом я сам командиров извещу. А ваша забота – гражданские водители и техники для ремонта. Со всем инструментом и запасными частями, разумеется.
С самоходной артиллерией дело обстояло хуже, хотя тут не было требования бронированной кабины. Подразумевалось, что на дальность ружейного выстрела враги не подойдут. Перевозка орудий предлагалась в виде прицепа, когда пушка цеплялась позади грузовика, в кузове которого размещалась часть боезапаса и орудийный расчёт. С учётом облегчённой кабины и обычного бортового кузова мощности тягача для этого хватало вполне. Наместник заключил и здесь два контракта, для военных поставок с колесами, заполненными вспененной резиной, в количестве сотни грузовиков. И для гражданских перевозок с обычными колёсами, в составе шины и камеры, зато в количестве целой тысячи машин.
– Да, надо бы десяток грузовиков в гражданском варианте в Петербург запустить, тогда отбоя от желающих водителями стать не будет. – Задумался на обратном пути Головлёв.
– А ты просто добавь в комплекс ГТО для парней вождение автомобилей. Мы тогда тысячи водителей получим через пару лет, только не забывай грузовиками учебные центры снабжать. – Посоветовал Валентин.
– Теперь я понимаю прошлогоднюю задачу по производству бурильных установок, – задумчиво откликнулся Корнеев. – Я всё гадал, зачем нам бурить нефть, если в Плоештах её из колодцев отлично вычерпывают. Для этих грузовиков колодезной нефти может и не хватить.
– Правильно, когда ты отправляешь первых бурильщиков в Плоешты? – откликнулся Головлёв. – Только учти, Плоешты не основная цель для бурильщиков, а полигон для испытаний. И учебный класс для аборигенов. Пусть твои специалисты учат тамошнюю молодёжь, обещают хороший заработок и возможность путешествовать. Уж нефтяниками румыны не поленятся работать, надеюсь. Создай нормальную агитацию для молодых православных румын, обещай не только работу, но и возможность переселения всей семьёй за государственный счёт в края, где нет помещиков и дворян. Где первые семь лет православный народ, как водится, освободят от налогов, а зарплата нефтяника позволит выстроить огромный дом. Землю в тех южных краях нарежут совершенно бесплатно, работой желающих обеспечим при условии подписания контракта на десять лет.
– Подожди, у румын огромные семьи, как у цыган. За одним работающим нефтяником поедут человек тридцать, если не больше, дармоедов и бездельников. – Едва не поперхнулся Корнеев, имевший неосторожность проезжать через Румынию в одной из поездок по Европе двадцать первого века.
– Правильно, на это я и рассчитываю. Нам нужны горластые, бесцеремонные, многочисленные переселенцы, такие же, как арабы или нынешние евреи, только православные. Пусть некоторые из них работают – им будем платить, другим раздадим оружие для защиты своих семей. Будут румыны вытеснять аборигенов или ассимилировать их, нам в любом случае выгодно. Останутся под нашим контролем исключительно православные и послушные подданные. Пусть они будут не сильно работящими, качать нефть дело нехитрое при нынешних глубинах залегания в двадцать-тридцать метров. Можно даже пару нефтеперерабатывающих заводов им построить, бензин нужен машинам и кораблям. – Петро задумался на минуту, затем продолжил: – Найдём через год-другой нефтеносные районы в той же Северной Африке или Южной Америке, завезём туда обученных румын с семьями, выстроим церкви. Под нашим контролем они лет двадцать-тридцать будут, не меньше, возможно, лет сто пятьдесят – двести. За это время любых аборигенов румыны выживут или ассимилируют, приведут к православию. Потому как храмы иных конфессий мы строить запретим, и службы тоже.
– А мы с этого получим не один нефтяной источник, как сейчас в Плоештах, а два-три или больше, – подхватил идею Корнеев. – Причём, все они будут завязаны на нас, как основного потребителя сырья. Более того, только мы сможем защитить их от окружающих иноверцев. Такие нефтедобывающие анклавы, даже при обретении независимости, останутся экономически и духовно, политически, привязаны к нам, Новороссии.
– Правильно, останутся привязанными к нам на несколько веков, а дальше будет видно, не нам решат, – подвёл итог своим предложениям наместник. – Не вам говорить, что специалистов у нас не хватает. Надо активнее использовать другие народы, оказавшиеся в доступности. Из бывших пленных немцев, например, полгода назад мы сформировали пять полков, их активно муштруют и готовят воевать по нашим правилам. Все они пожелали стать полноправными гражданами Новороссии, каковое право и получат через три года службы. Хотя контракт они подписали на десять лет службы, уверен, все его продлят ещё на десять лет, чтобы заработать пенсию. Они работать не умеют, только воевать. А нынче воевать безопаснее всего за Новороссию.
