Туалет оказался небольшим и одноместным, и министерский колдомедик специально зашел в уборную вместе со своим пациентом, чтобы «добить» его окончательно своим присутствием, но у героя магического мира уже не было ни сил, ни времени на то, чтобы протестовать. Поттер просто с разбега запрыгнул на унитаз и начал срать уже в полете, а затем оторвал ноги от пола, стараясь втиснуть задницу как можно глубже в сиденье. Закрыв глаза и запрокинув от удовольствия голову, бывший гриффиндорец смачно и шумно испражнялся, исторгая из себя жидкое дерьмо, мощная струя которого вылетала из его задницы, как из пожарного шланга, и, ударяясь о стенки унитаза, разлеталась брызгами. Громогласный пердёж раздавался из недр унитаза и походил на рев морского чудовища. Поттер, закрыв глаза и не обращая внимания на находящегося в туалете Малфоя, срал минуты две беспрерывно, получая от этого процесса кайф, не меньший, чем от недавнего оргазма. Его член даже немного напрягся, но пока еще не стоял. Еще никогда в жизни парень не испытывал такого благостного облегчения, казалось, что сейчас он снова возрождается к жизни. Накаченная в него жидкость продолжала изливаться мощным напором, при этом с громким звуком из кишечника выходил воздух. Гарри смачно просерался и громко пердел, испытывая чувство огромного облегчения, а на лице застыло выражение нескончаемого блаженства. Постепенно напор стал ослабевать, а затем струя потихоньку затухла. Гарри сильно потужился еще несколько раз, но ему не удалось больше выдавить из себя ничего основательного, кроме громкого пердежа.
– Я всегда знал, что ты, Потти, засранец, но не до такой же степени, – засмеялся Драко. – Не ожидал, что в тебе столько дерьма! – Малфой откровенно издевался над бывшим гриффиндорцем, получая от этого истинное удовольствие.
Гарри, услышав мерзкий смех, открыл глаза и оторопел, вмиг осознав, что «хорёк» все это время находился здесь, рядом, наблюдая за ним в такой пикантный момент. Все случилось на глазах у слизеринского ублюдка, и от этого было невыносимо стыдно, сейчас аврор готов был провалиться сквозь землю.
«Ёбаный стыд, я обосрался на глазах у Малфоя», – с ужасом подумал Поттер, чувствуя, как лицо снова обожгло жаром. Сегодня чашу бесчестья и унижения ему довелось испить сполна. Ненавистный белобрысый мерзавец стал свидетелем всего этого позора, который ему пришлось пережить, и осознание того, что именно Драко Малфой все это увидел – было невыносимо. Гарри казалось, что если бы он обосрался на первом свидании в присутствии любимой девушки, он бы не испытал такого шока и потрясения, как сейчас, глядя на усмехающегося и издевающегося Малфоя.
– Пошел нахуй! – истерично заорал Поттер и, схватив первое, что ему попалось под руку, прицельно запустил этим в ненавистного «хорька».
Министерский колдомедик с веселым смехом выскочил за дверь, а следом за ним полетел рулон туалетной бумаги, о чем Гарри вскоре пожалел. Он посидел на унитазе еще несколько минут, и, убедившись, что все закончилось, встал и принялся искать, чем можно подтереться, но другого рулона не оказалось. Аврору ничего не оставалось, как выйти из уборной в коридор, где его и поджидал ненавистный «хорёк», рядом с которым порхала и весело щебетала птичка колибри, в которую был превращен рулон туалетной бумаги.
