Александра тут же зажмурилась, боясь, что он взбесится и вновь ударит её, обвинив в неверности или даже хуже – он мог запросто её убить. Она услышала неприятный хруст костей, а после тишину. Провидица опасливо приоткрыла глаза. Увидев, стоящего перед ней, Карла с вырванным сердцем у себя в руках, она сразу же распахнула в испуге свои глаза. Он бросил сердце на пол и, переступив уже через труп Хулео, присел рядом с ней на корточки. Тыльной стороной своей окровавленной ладони он провёл ею по её забрызганному каплями крови лицу.
- Почему ты мне ничего не сказала? – спросил он, мельком поглядывая на оголённое тело своей жены, – Иди ко мне.
- Нет! – она ударила его по протянутой руке и запротестовала со слезами на глазах, – Не трогай меня! Не смотри на меня! – она намеренно плеснула ему в лицо водой, но на него это мало подействовало, – Уйди!
Он поднялся с колен, взял её халат и, отвернувшись в другую сторону, подал его ей, – Вот, видишь, теперь я не смотрю на тебя, – Александра по-быстрому смыла со своего лица и рук следы крови и, вырвав из рук Карла свой халат, завязала его, тем самым прикрыв большинство синяков на себе. Того сразу же вновь посмотрел на жену. Он подал ей руку, а после, подхватив её за бёдра и талию, вытащил из воды.
- Отпусти меня, – попросила ясновидящая, сидя на руках у вампира.
Карл ничего не ответил, а лишь продолжил исподлобья разглядывать Александру. Он прокусил своими массивными клыками себе правое запястье, – Выпей. Это залечит твои раны.
- Сбрендил? Я не собираюсь пить кровь вампира. Тем более твою. А, что если я обращусь в вампира? – видимо, её протест был сразу же отклонён.
- Милая, моей крови будет недостаточно для того, чтобы сделать из тебя вампира. Она лишь вылечит тебя, но не обратит.
- Точно? – с недоверием спросила ясновидящая.
- Да.
Александра осторожно, будто проверяя температуру, слизнула немного алой жидкости. Раны от клыков на запястье Карла быстро заросли, практически мгновенно.
- Ну, как? – спросил Того, смотря на сморщенное личико своей возлюбленной.
- По вкусу, как железо, – её ответ вызвал у Карла улыбку, – И, что только вампиры находят в этом? Не понимаю.
- Тебе и не нужно понимать, – он поцеловал её в скулу, при этом продолжая улыбаться, – Пока что достаточно и того, что ты делаешь для меня и моей семьи.
- Разве я не часть твоей семьи? – спросила важным голосом она, смотря в противоположную сторону.
- Конечно, – тут же ответил вампир и рукой повернул личико своей супруги к себе, – Ты же моя жена и “мать” моих детей, – Александра сама не поняла, как вновь, поддавшись любви к нему, поцеловала его, – Ты же для меня, как ангел хранитель, мой ангел. Всё, что я делаю, я делаю ради тебя и детей, – через каждое слово они целовались. Он всё ещё продолжал держать её у себя на руках. Последний раз чмокнув её в пухленькие губки, он печальным голосом произнёс, – Если я хотя бы немного тебя знаю, то ты не вернёшься со мной обратно, ведь так? – это скорее было утверждение нежели вопрос, ведь он уже знал ответ, – Ты у меня девочка гордая. У тебя строптивый характер, – с ухмылкой сказал вампир. Александра лишь, фыркнув, отвернулась, однако её улыбка и просвечивающие покрасневшие щёчки выдавали её смущение, – Такова твоя натура. Я люблю тебя всю такой, какая ты есть. Я знаю, ты сильно обижена на меня. Если честно, то я и сам себя ненавижу за то, что оставил тебя совершенно одну без защиты. Теперь я пожинаю плоды своего решения, – он ещё раз посмотрел на уже мёртвого вампира, лежащего возле ванной. Ему было тяжело осознавать, что те самые синяки были нанесены его возлюбленной из-за его безумной ревности и глупости, которая заставила его поверить не Александре, а Корделии, чьё имя он теперь даже произнести не может из-за отвращения к ней. Теперь он чуть ли не утопал в чувстве вины, поэтому был готов платить за свою ошибку, даже если это означало для него сильно страдать, – Я знаю, что я заслуживаю наказания за то, как поступил с тобой… с нами. Поэтому, ты можешь не ехать со мной обратно, – ясновидящая посмотрела на него удивлёнными глазами. Карлу было трудно смириться с тем, что он добровольно оставляет её, однако он не хотел заставлять её уезжать с ним насильно, – Тебе нужно время, чтобы твой гнев остыл. Ты можешь жить в этом дворце столько, сколько пожелаешь. Я знаю, ты всё ещё не простила меня и вряд ли простишь в скором времени. Я понимаю, поэтому не настаиваю на том, чтобы ты уезжала со мной.
Карл не желал расставаться со своей супругой, тем более на неопределённый срок, однако внутренне он прекрасно понимал, что по-другому нельзя. Слишком сильна была обида Александры на него и то, что он сделал. Да, он и сам не мог простить себя за то, что допустил нечто подобное. Лишь время могло помочь им обоим успокоиться.
- Ты сможешь вернуться обратно в особняк, как только захочешь. Я буду ждать столько, сколько потребуется, – их глаза встретились.
- А мои дети? Я не могу оставить своих мальчиков одних.
