Наташа доверчиво замолчала и только прижалась от страха к Миле, еще продолжая слегка всхлипывать. Через некоторое время обе девочки заснули. А еще через минут десять-пятнадцать в комнату вбежали испуганные родители. Они уже возвращались из кино, когда заметили дым над своим домом. Вместе с соседями им быстро удалось затушить пожар. Взрослые с ужасом думали о том, что стало с детьми. Когда отец откинул одеяло с дивана, вздох облегчения вырвался у всех: девочки, прижавшись друг к другу, спали крепким сном, чему-то улыбаясь во сне. Их личики были испачканы чёрной гарью. Но, когда они проснулись от прикосновения родительских рук, на всех собравшихся в комнате удивлённо смотрели детские глаза, полные света и невинности.
– Мама, папа, мы его победили? – закричала Мила?
– Мы молодцы? – спросила Наташа.
Окинув взглядом чёрную от копоти избу, отец с улыбкой ответил:
– Молодцы, – и взял на руки, прижимая к груди, самое драгоценное – своих девочек.
По берегу моря шла, предаваясь воспоминаниям, Мила. Легкий теплый ветер слегка касался ее волос. Солнечные лучи ласкали загорелое лицо. Она шла медленно, полной грудью вдыхая пьянящий запах моря. Ощущение счастья и одновременно тревоги не покидало ее. Многочисленные вопросы уводили ее взор от моря, от вида прекрасных гор, подальше от людей. Хотелось остаться одной, собраться с мыслями, все тщательно обдумать и дать ответ самой себе – все ли правильно она делает? Не придется ли ей потом себя корить? Невольно мысли о настоящем и будущем переплетались с воспоминаниями…
– Мила! Ты ли это? – услышала она знакомый голос. – Ну надо же! Кто бы мог подумать, что я тебя здесь встречу, – очаровательная шатенка, высокая, стройная, с приятным улыбающимся лицом, в модном белоснежном брючном костюме смотрела лукавыми голубыми глазами на Милу.
– Ирина? – обернувшись, с удивлением спросила Мила. – Да, это я. Никак не ожидала тебя здесь повстречать.
Знакомые женщины обнялись: искренне и с радостью Ирина, неторопливо и настороженно Мила. Со стороны казалось, что эти женщины – давние близкие знакомые, которых, скорее всего, очень многое связывало.
– Давно ты здесь? – спросила Ирина.
– Гуляю?
– Да.
– Практически каждый выходной. Это мое любимое место.
– Выходной? -удивленно воскликнула Ирина.
– Ах… да… ты, видимо, еще не знаешь… Хотя, странно, что не знаешь. О том, что я теперь здесь живу, мне кажется, знает каждый человек на земле.
– Какая прелесть! Поверить не могу! – Ирина говорила громко, привлекая внимание посторонних, от чего Мила невольно сжалась, будто от холода.
– Да, я два месяца уже живу в этом небольшом чудесном городе. Устроилась на работу, сняла жилье. И каждый выходной здесь гуляю. В этом месте набережная необыкновенная.
– Как я рада за тебя! Мы так давно не виделись. А я приехала сюда буквально на три дня, вырвалась из круговорота дел. Знаешь, так вдруг захотелось какого-то разнообразия. Боялась, что будет скучно, но теперь уверена, что мы с тобой чудесно проведём время! – Женщина кокетливо тряхнула копной волос, обнажила ровный ряд блестящих зубов и, наклонив слегка голову влево, выжидающе ждала ответа от подруги. – Ты просто обязана мне все рассказать. Вы вместе с Виктором?
– Ирина, я тоже рада тебя видеть, честно. И если бы эта встреча состоялась при других обстоятельствах, мы бы обязательно с тобой все это время провели вместе. – Мила говорила медленно, слегка запинаясь. Чувствовалось, что ей трудно говорить эти слова. Ветер закрыл прядью русых волос ее глаза, она осторожно и плавно убрала их рукой. В глазах морского цвета появилась невыносимая тоска, и Мила отвернулась в сторону.
– Что с тобой, – едва прошептала Ирина, -ты сама на себя не похожа.
Мила повернулась, подошла чуть ближе:
– У меня все хорошо, ты не беспокойся. Ну правда хорошо!.. Не спрашивай ни о чём. Мы же когда-то с тобой умели понимать друг друга без слов… Я рада была тебя увидеть. Надеюсь, еще встретимся. Приятного тебе отдыха, – проговорив это, Мила развернулась и ушла.
Ирина стояла в полной нерешительности. Ее пытливый ум не мог понять, что произошло. Она смотрела на уходящую Милу и понимала, что той, прежней, веселой, понимающей, готовой всегда прийти на помощь Милки просто нет. Да, годы слегка изменили ее, но она по-прежнему красива. Вот она идет куда-то вдаль, в ее походке прежняя уверенность, легкость, грациозность. Изменились глаза. И голос… Несмотря на то, что Ирине безумно было любопытно, она ни сделала ни шага. Она позволила Миле уйти.
