-А нас куда денешь?! Мы же пока умирать не собираемся! И откуда этих счастливцев возьмешь?
-Да он баб своих индийских притащит! - выкрикнула вездесущая Фирюза - стыд последний потерял - вот и не страдает! Бедная Галина!
-Я хочу помочь вам познать самих себя, освободиться от вечных страхов, лжи и страданий и принять весь мир и себя в нем. Вместе мы пройдем этот путь!
-Понятно! Сначала запретит, всем есть мясо! Вот и сил на драки и всякие непотребства не будет! Потом всех заставит без штанов ходить и медитировать непрерывно! А когда одуреем окончательно, он нас осчастливит на всю катушку! - перевел присутствующим заумные речи индийского кандидата в мэры Иван Кузьмич Яцко.
-А работать когда?! - наивно удивился Сергей Воркута - И как бороться с алкоголизмом будете, товарищ Будда? Запретите его свободную продажу?
-Я против запретов, каждый выбирает сам! И отвечает за свой выбор тоже сам!
-Так ты же в мэры собрался! А мэр за весь город и людей в ответе! А если просветляться хочешь, так вертайся в Индию и светись на здоровье! - не согласился Иван Кузьмич.
-Господин кандидат! Что вы думаете про обстановку в городе, в стране и мире? Как вы относитесь к изменениям избирательного законодательства? Собираетесь вы возобновить работу криолитового завода? Кого из горожан привлечете в свою команду? И кто, по-вашему, убил Шурыгина? - добросовестно работал, несмотря на все свои страдания и разочарования, Валерин Петрович Купцов.
-Так это ж иллюзии все! - опять отксюморонила Фирюза.
-Разъясняю вам, господин Корытов, порядок проведения митингов и шествий, - авторитетно и громко выступил прокурор города Алмаз Байженов - за три дня письменно уведомить местные органы о месте и времени проведения публичного мероприятия с указанием количества его участников, в случае необходимости согласовать эти условия в том же органе. А за проведение несанкционированного митинга предусмотрена административная ответственность! И это не иллюзии! - бесцеремонно одернул он уже высунувшуюся с комментариями Фирюзу.
-Значит, страдать тебе, Корытов, все-таки придется! Ну, как настрадаешься, зови, еще послушаем, - лучановцы спокойно разошлись по своим делам.
А Карпухин, виновато вздохнув, предложил своему бывшему начальнику: "Пройдемте, гражданин! Ответственность на вас налагать будем!"
Но последнее слово осталось за Фирюзой: "Тебя ж посадят, Корытов, штраф-то платить тебе не с чего! Опять Галине страдать из-за тебя! Нет, ну, почему у вас мужиков всегда так бывает - как просветляться, так с индийскими подружками, а в тюрьму жена должна бегать!".
25. Только так и не иначе.
Сначала мы воспринимаем время, как нечто вечное и незыблимое - как слово "всегда"; всегда будет твоя огромная школа, твой самый лучший в мире дом, и твои мама с папой никогда не состарятся, и бабушка будет всегда защищать тебя, чтобы ты не натворил! И ты почти уже живешь вечно, но вдруг мир твой рушится и расползается как огромный муравейник, где, оказывается, нет ничего цельного и прочного. Умирает близкий тебе человек, не обязательно по крови или духу, просто тот, кто жил рядом, кого ты видел каждый день и уже не замечал, как дерево в дальнем углу твоего двора, или старую скамейку у подъезда, не нужную никому, даже активно общающимся пенсионеркам. Но уходя, он забирает все - и твою вечную жизнь, и твою семью, и твою веру в коммунизм и светлое будущее для всех; а оставляет - знание, проклятое знание о том, что ты лишишься всего, что тебе дорого и нет, а вот, сможешь ли ты приобрести что-то взамен? Ты не знаешь...
И появляется время - как змей-искуситель оно рушит твой рай, как кнут стегает твою спину, торопя свершить задуманное, и как вечная отмазка для твоей лени и трусости шепчет - подумай об этом завтра! Но у маленького жеребеночка не осталось даже времени, чтобы что-то исправить и изменить, и вечная тьма пришла в ее мир, где боль уже невозможно измерить! Алина! Что же ты натворила?!
Давно мы не заглядывали в этот большой, красивый дом, наполненный вещами со всего света. Огромными королевскими зеркалами из Италии, холодными и строгими германскими люстрами, словно воздушными замками из стекла, пластика и металла, американскими настенными часами, совершенно свободными от какого-либо стиля и снобизма, причудливыми тайскими вазами из пятицветного фарфора с мельчайшим геометрическим узором, почему-то напоминавшим очень старую русской сказку о диковинных странах, людях и чудесах; и много еще чем из привезенного Окуловыми из заграницы и приобретенного ими в современных интернет - магазинах. Конечно, можно, сморщив нос, заявить, что никакого особого богатства здесь нет, так, достаток выше среднего; а мы и не спорим - кому и кобыла невеста, как сказали Остапу Бендеру в таком же небольшом, как Лучаны, провинциальном российском городке.
