Грин бесцеремонно протолкнулся сквозь толпу «зрителей» и перешагнул через барьер. Один из охранников дернулся было в сторону нарушителя, но Грин помахал пропуском с красной полосой (хорошо, что не выкинул в сердцах), и офицер мгновенно потерял к нему интерес. Филипп же, наученный горьким опытом, направился не в сторону «крупнорогатых», а к группе чинов помельче: заместителей и начальников всевозможных вспомогательных служб. Правда, освоиться в новом коллективе Грин не успел. Он едва начал улавливать смысл текущего обсуждения, как полковники и подполковники напряглись и умолкли. К группе подошел сам начштаба.
– Разведка здесь? – Он окинул взглядом офицеров, на миг задержался на Грине, но ничего не сказал и остановил взгляд на уже знакомом Филиппу полковнике-разведчике. – Егор Иванович, отойдем.
– В мир иной, – негромко добавил кто-то из полковников.
– Все там будем, – сказал кто-то еще. – Не позже вечера.
– Отставить пораженческие настроения, – без энтузиазма произнес стоящий рядом с Грином офицер. – Ничто пока не решено.
– Вы сами-то в это верите? – обозначил свое присутствие Грин.
– А вы нет? – Полковник смерил Филиппа тяжелым взглядом.
Грина его суровый взгляд не впечатлил. Фил указал пальцем на ближайший монитор.
– А вы не видите, что происходит?
– Вижу. – Офицер чуть склонил голову набок. – Вы, собственно, кто?
– Я Грин. – Филипп сказал это так, будто не сомневался, что его имя знает как минимум весь мир. – Филипп Грин.
– Что-то я вас не помню, вы из какого подразделения? – Полковник сложил руки на груди.
– Я придумал «Пилигрим».
– Даже так? – Офицер недоверчиво усмехнулся. – Хорошо, гражданин изобретатель, скажите нам, что же, по вашему мнению, происходит? Только лаконично, если умеете.
– Умею. Только все равно начну, как говорится, от печки. Когда пробил час «Ч», наша доблестная разведка зафиксировала, что коконы и спутники серпиенсов взяли в прицел «пустышки», ложные цели, что вражеская армия начала окружать фальшивые плацдармы, а флот начал сближение с фальшивыми кораблями. Так было? То-то вы все тут обрадовались! Одна беда, противник почему-то медлил с уничтожением подставных мишеней. Коконы прошли мимо «пустышек» и нанесли удары по нашим основным силам, наблюдающим за «шоу» из якобы надежно замаскированных укрытий. В считаные минуты под ударами «распылителей», в зоне поражения шоковых бомб и орбитального оружия серпиенсов Сопротивление потеряло половину личного состава и техники. Еще двадцать процентов погибнет в следующей волне – во время зачисток, облав и акций устрашения. Местами командиры успеют сообразить, что план сорвался, но максимум, что им удастся, – выйти из-под огня и раствориться в лесах, горах, морях. На круг уцелеет едва ли четверть нашей армии. Вот что происходит, полковник, по моему мнению. А штаб тем временем тупо пялится на экраны и бездействует, поскольку командование на грани паники и элементарно не может сообразить, что же тут можно предпринять.
– А вы можете?! – Офицер побагровел и сжал кулаки. Обличительная речь Грина явно пришлась ему не по вкусу.
– Я свою миссию уже выполнил, полковник. Я предупредил штаб, что змеевики давно разгадали наш замысел и провели контригру, но мне никто не поверил. Что ж, действуйте дальше по своему усмотрению. Я умываю руки.
– Надо же, какой непризнанный гений!
– Все так и было, полковник Пронин, все верно, – неожиданно вмешался в напряженную беседу генерал Алексеев. – Товарищ ученый предупредил нас, но мы ему не поверили. Только теперь нам поздно каяться, Грин, а вам – обличать. Надо как-то выкручиваться. У вас есть идеи?
– Никаких. – Грин с вызовом взглянул на генерала. – А у вас?
– У нас…
Закончить Алексееву помешал протяжный вой сирены. Даже малоопытному в таких делах Грину стало понятно, что дело совсем кисло. Сирена включилась не сама по себе и не для сгущения без того мрачных красок. Вой ревуна означал, что противник прорвался непосредственно к штабу или вовсе уже находится внутри измайловского бункера.
– Товарищи офицеры! – Алексеев положил руку на кобуру с древним, но мощным (что в бою с чужаками было важнее всего) американским «кольтом». – Боевая тревога!
– Бункер блокирован змеевиками! – срывающимся голосом крикнул один из операторов. – Все штатные выходы и смежные подземелья под контролем энергоботов!
– Выходы парковой зоны под контролем коконов, – сообщил другой оператор.
– Выхода нет, – констатировал полковник Пронин, расстегивая верхнюю пуговицу, будто ему не хватало воздуха или стало слишком жарко.
– Вот теперь у меня есть идея, – громко заявил Грин, смерив Пронина уничтожающим взглядом.
– Сдаться? – Полковник нервно хмыкнул.
– Не угадали, полковник, идти на прорыв. – Грин вынул из кармана пистолет. – Вы против?
– Все к тринадцатому выходу, – приказал Алексеев. – Охрана, вскрыть оружейку, раздать оружие! Где комендант?!
– Здесь, товарищ генерал-лейтенант!
– Слышали приказ, майор?!
– Так точно! Дежурный, ко мне!
