Предисловие переводчика для сетевого изданияПонимая, что перевод "Прозы из обсерватории" не будет в ближайшее время опубликован ни в одном издательстве, поскольку эпоха копирайта и формата в настоящее время определяют издательскую политику, переводчик решил опубликовать его в сети. Он будет рад, если это малоизвестное произведение Хулио Кортасара найдет своего читателя.Текст данного издания немного отличается от текста, размещенного в сети. В первую очередь наличием краткого авторского предисловия и фотографий обсерватории в Джайпуре, сделанных самим Кортасаром, о чем он среди прочего упоминает в своем предисловии. Фотографии обсерватории (сделанные не Кортасаром) легко разыскать в Интернете, и любой желающий без труда найдет их.Переводчик взял на себя смелость разместить после текста перевода некоторые комментарии.Михаил Николаевич Петров 2009 г.
Это мгновение, что порой возьмет да и выскочит, минуя все остальные мгновения, дыра в сетке времени, эта манера быть между, не сверху или там позади, а между, этот миг-прореха в сейчас, которое ты принимаешь, опираясь на другие мгновения, на неисчислимую своими мгновениями — теми, что спереди и сбоку, — жизнь, всему свое время, и все в точно означенный час, быть в гостиничном номере или стоять на тротуаре, разглядывать витрину, собаку, возможно, держа тебя под ручку, предаваться сиестам или легкому сну, смутно различая в светлом пятне ведущую на террасу дверь, в зеленом облачке — блузку, которую ты сняла, чтобы явить мне легкое изящество, с которым подрагивает твоя грудь, и переходя, без всяких ненужных предуведомлений и предупреждений о переходе — кафе латинского квартала или финальный эпизод фильма Пабста, приближение к тому, что уже как следует и не упорядочить, лазейка между двумя занятиями, вставленными в нишу своих мгновений, в соты дня, так или иначе (в душе, посреди улицы, в сонате, в телеграмме) касаться чем-то, что не опирается на чувства, этой бреши в непрерывном следовании, и именно так, вскользь; вот, к примеру, угри, район саргассовых водорослей, угри, а вместе с ними и мраморные громадины, ночь Джай Сингха, пьющего звездный поток, обсерватории под лунным небом Джайпура и Дели, черная лента миграций, угри посреди улицы или театральной ложи, отдающие себя тому, кто следит за ними из мраморных громадин, тому, кто парижской ночью уже не смотрит на часы; сколь же незатейливо кольцо Мебиуса, кольцо из угрей или кольцо мраморных махин, то самое, которое струится в уже бессмысленном, пустом слове, которое ищет само себя, которое также движется из временного саргассума и случайной семантики — миграция глагола: речь, течь, атлантические угри и слова-угри, мраморные молнии инструментов Джай Сингха, тот, кто смотрит на светила и угрей, кольцо Мебиуса, вращающееся в себе самом, в океане, в Джайпуре, из раза в раз перетекающее в само себя, будучи как мрамором, так и угрем: ты поймешь, что ничего из этого не скажешь себе, сидя на стульях, находясь на тротуарах или городских эстрадах; ты поймешь, что только так — если ты стал угрем или мрамором, обернулся кольцом, — тебя непременно вынесет из саргассума, время течет, оно проходит: а ну-ка, испробуй-ка все сам, как угри в атлантической ночи, как тот, кто ищет звездные измерения, испробуй не для знания и чего-то там еще; нечто похожее на удар плавника, обратный путь, любовный стон, а тогда конечно же, тогда возможно, тогда несомненно да.
И тут же неизбежная метафора, угорь или звезда, тут же силки, схватывающие образ, тут же вымысел, ergo тишина меж библиотечных кресел; что ни говори, здесь немыслимо быть султаном Джайпура, косяком угрей, человеком, что в рыжеволосой ночи поднимает глаза навстречу неизведанному. Ах, но не поддаваться на зов привыкшего к другим подношениям интеллекта: подсунуть ему слова, рвотный куль звезд или угрей; пусть сказанное свершится, неторопливый изгиб мраморных громадин или черная лента, что бурлит по ночам, штурмуя эстуарии, и пусть это не будет лишь словами, пусть то, что течет, стремится к далекой цели или ищет, будет тем, что оно есть, а не тем, что о нем говорят: аристотелевская сука, пусть двойственность, точащая тебе клыки, поймет: она уже не нужна, когда в мраморе и рыбах начинает открываться другой шлюз, когда Джай Сингх со стекляшкой между пальцев — это тот рыбак, что вытаскивает из сети яростно клацающего зубами угря, который звезда, которая угорь, который звезда, которая угорь.