— Сейчас я заготовочку сделаю, — сказал он Любе. — Заверите у парторга и профорга, как положено. И — в Горздрав. К товарищу Фролову Евгению Афанасьевичу.
— Что? — насторожилась Люба. — К Фролову?..
Приемная медицинского чиновника. На машинке бойко печатает молодая машинистка.
В стороне на стуле сидела Люба.
— Ну вот, — сказала машинистка, вынув отпечатанную страницу. — Странно, что Евгений Афанасьевич с вами не побеседовал. Он обычно беседует.
— Напомните ему, что я сегодня уезжаю.
— Требуется только его подпись. Это быстро, — заверила девушка, исчезая за дверью кабинета.
— Встречи, — горько вздохнула Люба. — И расставания.
Из кабинета вышла машинистка. Вид у нее был несколько обескураженный.
— Оказывается, Евгений Афанасьевич сам все написал и сам отпечатал, — сказала она, протягивая запечатанный конверт.
— Благодарю, — Люба спрятала конверт в сумку. — Всего доброго.
И вышла из приемной.
Душным летним вечером из Москвы на юг шел поезд, неся на вагонах таблички «МОСКВА — ВОРОНЕЖ».
Танковое училище.
Группа курсантов под руководством майора-преподавателя занималась на тренажерах для башенной стрельбы с хода. Тренажеров было пять, курсантов — куда больше, и свободные от непосредственных занятий курсанты раскачивали тренажеры с особым удовольствием. Отраженный зеркальцем наводки зайчик метался по мишеням. Однако не у всех. В третьей учебной башне сидел младший сержант Трофимов. Его качали нисколько не меньше остальных, но вовремя пущенный им зайчик чаще других оказывался в перекрестии мишени.
— Четвертое попадание, — с удовольствием отметил майор. — Молодец, Трофимов!
— С детства тренировался! — радостно крикнул Егор.
— Разговорчики!
В класс вошел сержант с повязкой дежурного на рукаве.
— Разрешите, товарищ майор? Младшего сержанта Трофимова срочно вызывает начальник училища.
— Выполняйте, — сказал майор Егору. — Ставлю вам отличную отметку, младший сержант Трофимов.
Дежурный и Егор шли по двору училища. Егор еще переживал восторг удачной «стрельбы», а сержант удивлялся:
— И чего это он тебя, отличника, вызывает?
— Свирепый? — на всякий случай поинтересовался Егор.
— Озабоченный.
— Это хуже.
И оба засмеялись.
Начальник училища — еще вполне молодой полковник из новой волны командиров — был не один. В углу его просторного кабинета скромно сидел скуластый капитан совершенно неопределенного возраста, профессии и национальности.
Вошел Егор. Не без франтовства щелкнув каблуками, четко доложил:
— Товарищ полковник, младший сержант Трофимов прибыл по вашему приказанию!
— Вот, — начальник сделал неуверенный жест. — Товарищ капитан хочет с вами побеседовать.
И поспешно вышел. А капитан неторопливо, по-хозяйски перебрался за стол, достал из сумки пакет, положил его перед собою, буркнул:
— Садись.
Егор сел напротив. Капитан извлек из пакета какие-то бумаги и стал внимательно просматривать их. Молчание затягивалось, младший сержант напряженно ждал, мучаясь неопределенностью и чувствуя, как вползает в него непонятный страх.
— Письма из дома получаешь? — спросил вдруг капитан, не посмотрев на Егора.
— Получаю.
— Часто?
— Мама пишет два раза в месяц.
— А отец?
— Отец не любит писем.
— Так ни разу и не написал?
— Один раз только. Когда вернулся из… — Егор запнулся. — Из командировки.
— А где он был?
Капитан впервые поднял на Егора ничего не выражающие глаза, и младший сержант поспешно пояснил:
— У нас не принято спрашивать, где был.
— Но подарок ведь он привез?
— Привез.
— И что же это за подарок?
— «Испанка». Ну, пилотка такая, с кисточкой.
— Вот эта? — капитан достал из сумки «испанку». — Это в каком же ларьке продают такие? Не спрашивал?
— У нас в семье спрашивать не положено.
Егор осторожно вытер пот со лба. Он был испуган и подавлен, потому что хорошо знал, что отец был в Испании, что злополучная «испанка», которой он так гордился, куплена именно там и что об этом никому говорить нельзя.
— Значит, имеем картуз с кисточкой, — капитан спрятал «испанку» в сумку. — Перейдем к письмам мамы. Какие новости сообщила она в последнем письме?
— Никаких. Жива-здорова.
— Врешь, Трофимов, — равнодушно сказал капитан. — Изъяли мы твои письма, вот они, — он похлопал ладонью по лежавшим бумажкам. — Изъяли и проанализировали. Возникли вопросы. Первый, — капитан взял письмо, прочитал:
— «Дядя Ваня уехал в длительную опасную командировку…» Кто такой дядя Иван и куда он уехал?
— Куда — не знаю, — Егор вдруг оживился, даже обрадовался, потому что авторитет дяди Вани был для всей семьи абсолютен и на него можно было положиться. — А вообще дядя Ваня — герой Гражданской войны. Он спас маму в Туркестане и взял в плен самого курбаши басмачей. Он английский язык знает, китайский знает, еще какой-то…
— Кто много знает, у того жизнь короткая, — сказал капитан. — Второй вопрос. Читаю: «Пиши, сын. Красная Армия, Трофимову — адрес точный!» Это что же за адрес такой?
— Просто шутка, — сразу сникнув, пояснил Егор. — Папа с восемнадцатого в Красной Армии, вот мама и шутила всегда…
