Главной темой пропагандистских выступлений политорганов становились теперь потери врага. "Сколько потеряла ваша дивизия в последних боях?" Следуют цифры и факты. "Сколько стоит жизнь солдата вашего полка?" Следуют примеры из вчерашнего боя этого полка. "И тебя настигнет пуля, предупреждали агитпередачи перед новой атакой вражеской роты или батальона, - как настигла она вчера твоих товарищей". "Сколько немцев погубил Гитлер на восточном фронте?" И следуют итоги, свидетельствующие о том, как редеет армия, как истощаются ее резервы. Оригинальную листовку "Письмо могильщика" издало политуправление Воронежского фронта. Ее текст гласит:
"Солдаты и офицеры 323-й пехотной дивизии! С 17 июля по 15 сентября я своими руками захоронил на кладбище в Николаевке 620 солдат и офицеров 323-й дивизии. Всего же дивизия потеряла под Воронежем убитыми и ранеными не менее 5000 человек. Вы сами видите, как от рот, батальонов, даже полков остаются жалкие остатки. Если так будет продолжаться и дальше, то скоро вся 323-я дивизия переселится на кладбище в Николаевке. Во время последних атак русских даже нас, солдат похоронной команды, послали в бой. Зачем эти ужасные жертвы? Подумайте о ваших женах и детях! Кончайте с войной! Переходите в плен! Могу вас заверить, что русские с пленными обращаются по-человечески".
Под листовкой стояла подпись - имя и фамилия солдата похоронной команды.
Трудно, да, наверное, и невозможно, было командиру" дивизии опровергнуть листовку с письмом могильщика. Эта листовка равносильна меткому выстрелу. Причем "духовную пулю" не вынешь никаким хирургическим инструментом - она проникает и в сердце и в разум, если только солдат способен хоть в какой-то мере воспринимать правду.
"Почему здесь нет эсэсовцев?" - обращалась к немецким солдатам листовка политуправления Южного фронта. "Обильно льется ваша кровь под Сталинградом, смекая на пыльную степную землю. За любую попытку продвинуться вперед вы ежедневно платите тысячами трупов". И те, к кому обращались, видели это своими глазами. Теперь они невольно задумывались. А им подавалась "информация для размышления" о роскошной жизни эсэсовцев в Германии: там они "получают теплые местечки", "выколачивают теплые вещи для "добровольной зимней помощи", "пристают к солдатским женам", "гонят вас на смерть" и т. д. Одним словом, здесь, под Сталинградом, "их нет". Вывод? "Спасайтесь от неотвратимой массовой гибели на фронте! Пусть вас заменят толстобрюхие гитлеровские крысы!"
Или вот листовка-обращение "К солдатам 3-й и 23-й танковых дивизий!", изданная политуправлением Закавказского фронта: "Не считаясь с огромными потерями, Гитлер гонит немецкую армию на Кавказ. Вашими трупами он хочет завалить ущелья и горные потоки Кавказа. Только за один день боев, 23 августа, в районе Моздока уничтожено 73 ваших танка". И это - только начало, предупреждала листовка, в которой по именам я фамилиям были названы перешедшие в плен немецкие солдаты и унтер-офицеры, решительно заявившие: "Довольно этой бессмысленной и страшной войны. Плен - наше спасение, нам он несет покой, нашим семьям - счастье!"
"Кавказ - могила для немецких солдат", - говорилось в агитпередаче. В ней содержался призыв "не опьяняться временными успехами", а подумать о своей жизни и о своей семье. "Здесь, на Кавказе, каждый аул, каждая гора, каждая скала и каждое ущелье станут вашей могилой!"
Большую работу по разложению войск противника проводили Военный совет и политуправление Черноморского флота. Член Военного совета дивизионный комиссар Н. М. Кулаков вникал буквально во все - от рассмотрения текстов листовок до их распространения морской авиацией.
Хочется отдать должное начальнику седьмого отдела политуправления флота батальонному комиссару Н. В. Краспопольскому, замечательному организатору и журналисту. За короткий срок он обеспечил издание свыше 400 различных листовок к немецким и румынским солдатам. Эти листовки были распространены более чем в 10 миллионах экземпляров.
Пропагандистские усилия политорганов фронта и флота по разложению вражеских войск на Кавказе способствовали успеху оборонительных сражений наших войск и, в частности, явились, как показывали пленные, "побудителями антивоенных настроений" некоторой части немецких и румынских солдат, их групповых переходов на сторону Красной Армии.
Кстати, до войны моряки не создавали отделов по работе среди войск противника, ссылаясь на специфику флота ("кругом вода"), но когда такая необходимость возникла, они их ввели. Вспоминается одна из встреч с Н. В. Краснопольским - в то время уже подполковником, - высоким, несколько сутуловатым, с простым и добрым лицом, на котором выделялись небольшие, но очень пышные усы. Рассказывая, Николай Васильевич то и дело поглаживал или подкручивал их.
