Я назвал лишь несколько листовок, изданных политорганами в первые дни Курской битвы. Листовки выпускались также Главным политическим управлением. Основные усилия при этом были направлены на то, чтобы разоблачать ложь фашистской пропаганды. Мы с нетерпением ждали радиоперехвата сводки немецкого командования о первых днях наступления. Ждали чего угодно, но только не того, что оказалось передано: будто не вермахт, а Красная Армия перешла в наступление, немецкие же армии "прочно удерживают свои главные позиции"! На другой же день Совинформбюро опубликовало в печати заявление оно прозвучало и по радио - "Наступление немцев в районе Курска и жулики из ставки Гитлера". "Получив по зубам,-говорилось в заявлении, - жулики из ставки Гитлера теперь поджали хвост и завопили о том, что якобы наступают не они, немцы, а советские войска и что тем самым в первые три дня крупных сражений провалилась не их попытка захватить Курск, а попытка наших войск прорвать оборону немцев". Мы постарались довести заявление Совинформбюро до всех вражеских солдат и офицеров на Курской дуге. И они оценили всю глубину конфуза: ведь всем им 4 июля зачитали приказ Гитлера о наступлении - об этом нам стало известно от пленных. В листовке "Потери - чудовищные, результатов - никаких!" мы привели впечатляющее сравнение: летом 1942 года вермахт терял за сутки 37 танков, 44 самолета, 5000 солдат и офицеров, теперь же, под Курском, суточные потери составляют до 300 танков, 100 самолетов, 10 тысяч солдат и офицеров. Вывод: "Нынешнее наступление Гитлера закончится еще более ужасной катастрофой, чем разгром под Москвой и Сталинградом".
Так оно и было. 12 июля в Курской битве наступил перелом. Истощенные немецкие армии перешли к обороне, а с 16 июля, не выдержав натиска Брянского, Западного и Степного фронтов, стали отступать, преследуемые Красной Армией. "Почему провалилось наступление Гитлера?" - этой теме была посвящена серия наших листовок, разъяснявших солдатам разбитых дивизий вермахта простые истины: и сил у Советского Союза больше, чем у гитлеровской Германии, и качественный состав Красной Армии значительно выше, чем у вермахта, и боевой техники у нас больше, чем у Гитлера. "Короче говоря, теперь Россия более сильная сторона, а бог, как говорил Наполеон, на стороне сильнейших батальонов".
20 июля я вызвал к прямому проводу начальника отдела политуправления Западного фронта. Полковник И. И. Никифоров доложил:
- В район действий 11-й гвардейской армии послана пропагандистская группа во главе с майором Соколовым, начальником РИО. Вместе с политотделом армии она начала агитоперацию...
Да, пропаганда и агитация на войска противника велась теперь более организованно и предметно, путем концентрации сил и средств на решающих участках. И конечно же в органической связи с боевыми действиями войск. Я уже знал, что 11-я гвардейская прорвала оборону противника на всем фронте и, углубившись в прорыв до 70 километров, продолжала вести наступление в направлении на Хотинец.
- Какими силами располагает пропагандистская группа?
- В ее составе подполковник Тер-Григорьян, майор Солюс и майор Лебедев, литераторы, художник, а также седьмое отделение политотдела армии во главе с майором Остроухом. Группе приданы автотипография, мощная -громкоговорящая установка, другие технические средства...
А через десять дней Никифоров уже рассказал, как работала эта пропагандистская группа, перед которой командование поставило задачу склонить к прекращению сопротивления крепко побитую 134-ю немецкую пехотную дивизию. Настроение у солдат дивизии было подавленное, дисциплина сильно расстроена. И вот группа приступила к работе. Один пропагандист опрашивал пленных непосредственно там, где их пленили; другой обеспечивал связь со штабом армии, доставлял данные о ходе боев, о действиях противника; третий, находясь в лагере для военнопленных, пересылал обращения и письма пленных, фотоснимки о жизни лагеря. И все эти материалы стекались на сборный пункт группы, к майору М. П. Соколову. Здесь писались листовки и составлялись агитпередачи, обращенные к солдатам и офицерам частей вражеской дивизии.
В листовках и агитпередачах напоминалось о тяжелом положении полуокруженных немецких частей, об их потерях, о захвате пленных, о перебежчиках; говорилось и о бесперспективности в целом группы армий "Центр"; разъяснялись льготы для перебежчиков, добровольно сдавшихся в плен. Непрерывная агитация в конце концов достигла цели: от деревни Кзин-Колядцы, а затем и от деревни Хопрево потянулись группы добровольцев. На сборном пункте армии скопилось 1980 пленных, в том числе 409 унтер-офицеров, до 30 капитанов и лейтенантов. Характерно, что 627 немцев сдались в ходе боев без сопротивления. Анкетирование показало, что 98 процентов солдат и офицеров читали советские листовки и слушали агитпередачи.