– Мне и самой интересно, – ответила я. – Давайте посмотрим, сможем ли мы выстроить правдоподобный сценарий. Вам известны таланты Рамзеса в области маскировки; ему понадобится совсем немного изменений, чтобы сойти за египетского парня. Они могли выскользнуть и перебраться через борт, когда Ибрагима не было рядом. Оба они в воде, как дома, поэтому оставались в реке, плавая или бредя, пока не удалились от
– Тогда мы сможем их выследить, – нетерпеливо перебила Эвелина.
– Я не сомневаюсь, что Эмерсон уже приступил к этому, дорогая.
– Тогда что нам остаётся делать?
– Ждать, – заключила я. – Нефрет, ты попросишь Махмуда сделать ещё кофе? Я ожидаю, что скоро у нас появятся гости.
И действительно, гости не заставили себя ждать. Эмерсону не было нужды объяснять мне свои планы: наш разум работает как единое целое (кроме исключительных обстоятельств). Он пошёл к гробнице за Абдуллой, и я была уверена, что из-за задержки там уже будут сэр Эдвард и, возможно, Сайрус. Джентльмены будут настаивать на оказании помощи в поисках Рамзеса, и Эмерсон, не желая, чтобы они мешали ему, пошлёт их ко мне.
Я ошиблась только в количестве. Четыре джентльмена, а не два. К нам присоединились ассистент Сайруса и взволнованный Кевин О’Коннелл.
Конечно, все были обеспокоены, но возбуждённая речь Кевина казалась просто пропитанной чувством вины:
– Если это из-за моей небрежности, миссис Э., я никогда не прощу себе! Я хотел пойти в отель накануне вечером, но было уже поздно, когда я закончил репортаж, а сегодня утром просто забыл, и... Я немедленно отправляюсь в Луксор.
– Я не виню вас, Кевин, так что перестаньте болтать, – ответила я. – Рамзес думает, что он способен устроить всё лучше, чем кто-либо другой, и даже я не могу остановить его, когда он преисполнен решимости действовать. Но всё это только догадки. Мы не знаем, в Луксор ли он уехал.
– От вопросов вреда не будет, – настаивал Кевин. – Я должен что-то сделать, миссис Э.
Сэр Эдвард не произнёс ни слова после приветствия. Теперь он тихо промолвил:
– Я согласен с мистером О’Коннеллом. С его и вашего позволения, миссис Эмерсон, я пойду вместе с ним. Вероятно, я лучше владею арабским, чем он.
– Естественно, так как мой запас ограничен полудюжиной слов, – заявил Кевин. Перспектива действия (и мои любезные заверения) ободрили его. – Я принимаю ваше предложение, сэр Эдвард, и не могу не признаться, что мне будет безопаснее с другом, прикрывающим мою спину.
Нефрет проводила их до трапа. Я не запрещала ей, так как знала: не существовало ни единого шанса, что она сможет уговорить их взять её с собой.
– Полагаю, мне нет смысла идти с ними, – решил Сайрус. – От меня с Уилли будет больше толку на этой стороне реки. Пошли, Уилли, встряхнём местных жителей.
– Нет, подождите. Где мисс Мармадьюк?
– Вероятно, возится с рукописью Эмерсона. Она намеревалась ей заняться.
– Я хочу, чтобы вы привели её сюда.
– Право, миссис Амелия, вы не можете подозревать это бедное слабое существо. Ей и муху-то обидеть смекалки не хватит.
– Сайрус, пожалуйста, выполните мою просьбу, ладно? – Мой голос прозвучал громче обычного. Я не совсем невосприимчива к нервному напряжению; солнце стояло высоко в небе, и до сих пор – никаких новостей. Нефрет, вернувшись с покрасневшими щеками и хмурым взглядом, подошла ко мне и обняла за плечи.
– Да, конечно, – успокаивающе ответил Сайрус. – Я сделаю все, что вы хотите.
– Я хочу допросить эту женщину. Настало время снять бархатные перчатки. Я не в настроении шутить, Сайрус.
– Я вижу. Хорошо, миссис Амелия, дорогая. Я приведу её сюда как можно скорее.
– Что ты собираешься делать с ней, тётя Амелия? – спросила Нефрет.
– Ты хочешь помочь? – Я взяла себя в руки; мой голос был спокоен. – Нет необходимости прибегать к физическому насилию, милая девочка, даже если мой моральный кодекс допустит такое. Если она что-нибудь знает, я выпытаю это у неё.
Но возможности не представилось. Не миновало и четверти часа после ухода Сайруса, как мне пришло известие, на которое я наполовину надеялась и которого невероятно опасалась.
Когда Эмерсон с Уолтером вернулись, я уже ждала их на берегу. Эвелина с Нефрет стояли рядом и без устали пытались убедить меня передумать.
– Вы не можете сопровождать нас, – отвечала я. – Письмо Риччетти абсолютно недвусмысленно. Только Эмерсон и я.
Эмерсон выпрыгнул из седла и взял у меня записку. Он прочёл её в мгновение ока и позволил Уолтеру забрать это письмо.
– Хм, – сказал он. – Ты готова, Пибоди?
– Господи, Рэдклифф, ты что, хочешь взять её с собой? – воскликнул Уолтер.
– Это её право, – тихо ответил Эмерсон.
– Это может быть ловушкой! Даже если Риччетти захватил Рамзеса...
– Я спешу, Уолтер, – перебил Эмерсон. – Извини, пожалуйста.
Дауд уже приготовил лодку. Как только мы оказались на борту, он оттолкнулся от берега. Эмерсон достал трубку.
– Очевидно, – констатировала я, – в Гурнехе ты ничего не узнал.
