«Только не в меня, только не в меня, птица счастья завтрашнего дня» – то ли услышал я от Ленки, то ли слова недавно слышанной песни мне именно в эту секунду вспомнились. Елена с некоторым удивлением смотрела на меня, пока я по-хозяйски укладывался рядом, затем спросила:
– Все?..
– Все, – ответил я.
Она, казалось, была разочарована.
– А еще будет?
– Будет, если будешь себя хорошо вести.
– Понятно, – протянула Ленка и играючи ткнула меня пальцем в живот.
– У меня есть подружка, она как-то с тобой провела всего одну ночь и такое рассказывала… Честно говоря, она и теперь от тебя без ума.
– Давай перекурим, – игнорируя Ленкины слова, предложил я, сползая с кровати чтобы достать сигареты. Покурили, стоя голышом у открытого окна, затем, озябнув, опять полезли в постель. Вновь соединились в какой-то немыслимо сложной позе, – а все из-за того, что постель была чрезмерно теплой и мягкой, совершенно неподходящей для секса, – прошло две, от силы три минуты, и я, не успев еще толком начать, опять кончил и тогда Ленка, явно недовольная, сказала мне:
– Эх, видимо зря, Савва, я за тобой десять лет гонялась. Я и тогда и сегодня явно ошиблась в выборе партнера.
Я улыбнулся и развел руками:
– Ничего не поделаешь, говорил же я тебе, что нас порой разочаровывают детские влюбленности.
Выбравшись из постели, я сунул в зубы сигарету и подошел к окну. Ленкины слова меня ни капельки не задевали. Хотя я и сам был удивлен, отчего это сегодня я такой «скорый»; но пыхтеть в постели, удовлетворяя Ленкины запросы, у меня не было ни малейшего желания.
– Ты уж извини, это я к тому, что Светка там сейчас, – Ленка, подойдя, хлопнула меня по плечу и показала большим пальцем через плечо на дверь соседней комнаты, – балдеет, прямо с ума сходит.
– Это чего ж там такого особенного происходит? – спросил я насмешливо.
– Хочешь посмотреть, убедиться? – запальчиво спросила она.
Я пожал плечами: «Давай». Она беззвучно (все же хозяйка дома, знает что и как) приоткрыла дверь в соседнюю комнату, и мы одновременно просунули головы в образовавшийся проем. Светка лежала на матрасе, постеленном на полу, широко раскинув ноги и стонала, а Витя, наш красавчик, устроился головой у нее прямо между ног. В первые секунды я не понял, чем они занимаются в этой позе, как вдруг послышался Светкин хриплый, задыхающийся голос:
– Так-так-так-так-так, теперь выше, о-че-нь хорошо, да-да-да-да, – Светка выгнула спину и почти встала на гимнастический мостик, обхватив руками Витину голову. – А теперь по уголочкам, по уголочкам… И укуси ее, укуси.
Мне стало необъяснимо противно, и если бы я чуть больше в этот день выпил, меня наверняка бы стошнило. Витя «полировал» одну из последних в нашем городе «сучек», ни капельки, видимо, при этом не брезгуя.
– Тьфу, бля, – не удержавшись, громко сказал я, шагнул к ним и по футбольному «зарядил» босой ногой по Витькиной голой заднице. Витя вскрикнул, попытался вскочить, но не удержался на ногах, упал и опять встал – насосался, видать, до обалдения. Светка, сдвинув ноги, но, даже не укрывшись, тяжело дышала и молча злобно глядела на меня. Я, ни слова не говоря, быстрыми шагами вернулся в спальню и, подбирая с полу свои вещи, стал одеваться – на сегодня с меня было вполне достаточно приключений и впечатлений. Ленка вбежала в комнату следом и схватила меня за руку:
– Зачем ты?.. – она от злости пнула ногой попавшийся ей на пути собственный туфель. – Зачем ты им помешал?
– Рот закрой, – оборвал ее я. – Не хочу здесь больше оставаться, мне противно. А то подумают еще, что мы с Витей такие друзья-товарищи, что одними и теми же глупостями занимаемся. – Я сплюнул.
– Ну, успокойся, Савва, – тянула меня за край рубашки Лена. – Какое нам дело, кто чем занимается в постели.
– Помолчи, а то я сейчас выйду из себя и всем тут звиздюлей понадаю. – Я застегнул брюки, нащупал в кармане пачку сигарет, достал одну и тут же прикурил.
Лена приоткрыла окно и тоже потянулась за сигаретой.
– Иди, скажи им обоим, чтобы убирались отсюда, видеть никого не могу, – сказал я, все еще злясь. – Тоже мне «герои сексуальной революции» нашлись.
Лена вышла ненадолго в зал, а когда вернулась, я бросил окурок в окно, в эту самую секунду взвизгнул-заревел сигнал пожарной машины, ехавшей по Комсомольской улице – она, казалось, ехала прямо на меня, фары светили в глаза. С перепугу я даже посмотрел в то место, куда упал окурок, решив поневоле, что эти два события: брошенный мною окурок и появление пожарной машины как-то между собой связаны, а машина тем временем свернула налево, на территорию швейной фабрики промкомбината и, издав еще один мощный гудок, исчезла из виду.
Я направился к выходу (присутствия Светланы и Виктора в доме уже не ощущалось), потянул на себя входную дверь, сбежал по ступенькам и вышел на улицу; в это самое время к зданию фабрики на большой скорости, оглашая окрестности ужасным воем, одна за другой свернули еще две или три пожарные машины.
