Ее взгляд упал на сверток из шелковой бумаги, лежащий рядом с листовками. Там была блузка, которую утром привез в гостиницу велокурьер, для заседания правления пригородного дома престарелых, на котором завершение стройки было отложено еще на год. Тогда ей пришлось надеть и застегнуть пиджак, чтобы не было видно пятна от кофе. Фисташковый цвет блузки совсем не подходил для сообщения плохих вестей. Астрид отстегнула ремень безопасности и потянулась за свертком. Она положила его на колени и оторвала маленький клочок упаковочной бумаги. Еще раз взглянула в зеркало заднего вида, после чего разорвала бумагу до конца и достала блузку. Ничего лучше в машине все равно не найти. Она расстегнула пуговицы и зубами отгрызла ценник. Убрала волосы и завязала блузку на голове тюрбаном. Порылась в сумке, надела солнцезащитные очки, взяла телефон и вышла из машины. В таком виде на первых порах ее никто не узнает. Астрид старалась держаться вдоль стен. Дрожащими пальцами она перезвонила полицейскому.
На чердаке было душно и пыльно, Астрид откашлялась. Под снятым с петель чердачным окном стояли две железные стремянки, на одной из них возвышался коренастый полицейский, чья голова скрывалась за окном. Должно быть, это и есть тот самый комиссар Блазер. Он, кажется, не заметил прихода Астрид. Молодая сотрудница полиции, которой она назвала свое имя, при взгляде на тюрбан смущенно опустила глаза. «Видимо, решила, что у меня рак, — подумала Астрид». Несколько минут к ней никто не подходил. Астрид крутила обручальное кольцо на пальце, сопротивляясь желанию снять солнцезащитные очки, хотя почти ничего не видела в них. Девушка продолжала смотреть в пол, офицер на стремянке, казалось, наслаждался тем, что всякое продолжение событий зависело от него, от того, когда он обернется и даст указания. Астрид откашлялась, чтобы обратить на себя внимание. Главный комиссар Блазер вздохнул и наконец повернулся к ней.
— Госпожа сестра! — сказал он. — Наконец-то. Славно, что вы до нас добрались. На улице, должно быть, разверзся ад.
Астрид ничего не ответила.
— Личные данные проверили? — обратился Блазер к молодой сотруднице. Та кивнула. — Тогда поднимайтесь ко мне, — сказал он и махнул головой в сторону окна — движение, знакомое Астрид от вышибал на фейсконтроле.
«Неудивительно, что Ману не хочет спускаться, — подумала она, — я бы тоже не хотела, чтобы меня арестовал такой бугай». Она поднялась на вторую стремянку и оказалась на одном уровне с Блазером.
— Боишься огласки, да? — Блазер кивнул на обвязанную вокруг головы рубашку и скривил губы в насмешливой ухмылке.
Астрид поправила очки.
— Что мне нужно делать? — спросила она.
— Хм, вы же с ней родственники, не я. Может, она хоть с вами поговорит. Может, вы ее убедите, что с каждой потраченной нами минутой она только усугубляет свое положение.
Астрид поднялась еще на одну ступеньку и высунулась из окна в вечерние сумерки. Ману сидела у дымовой трубы на корточках, обхватив колени руками и раскачиваясь, словно пыталась успокоиться. Блазер направил на нее луч фонарика. Шея и уши Ману обгорели докрасна, все руки исцарапаны. Она выглядела маленькой и беззащитной.
— Боже ты мой, — вырвалось у Астрид. — Ману, — осторожно окликнула она сестру. — Эй, Нуну, это я.
Ману перестала раскачиваться и чуть повернула голову до плеча, по крайней мере, она узнала голос Астрид. Никто, кроме Астрид, не называл ее Нуну.
— Повернись ко мне, Нуну, посмотри на меня, прошу тебя.
Ману расцепила руки, оперлась ладонями о крышу, поменяла положение и посмотрела Астрид прямо в глаза.
— Меня заперли, — сказала она.
Астрид бросила взгляд на Блазера, который печатал что-то в телефоне.
— Кто тебя запер? — спросила она. — И где?
Ману пожала плечами.
— Мужчина. Я работала у него на балконе, он вдруг запер дверь, я не могла выйти! — Она потерла глаза. Ее силы, похоже, были на исходе.
— Вы знали это? Она вам говорила?
Блазер поднял руки вверх:
— Мы всё проверили: здесь только два балкона, владелец одного из них отрицает, что вызывал садовника, а до второго мы не можем дозвониться, но в целом считаем эту историю маловероятной.
— Откуда бы у нее тогда были инструменты? Как бы она попала на крышу?
Комиссар Блазер поджал губы.
— В настоящий момент это играет второстепенную роль. Главное, чтобы она спустилась с крыши. И желательно по этой лестнице.
Астрид сжала кулак.
— Послушайте, если все действительно так, как она говорит, то это просто недоразумение! Неудивительно, что она запаниковала. Вы должны расследовать это дело. Иначе зачем ей так говорить?
— Госпожа Гуль, при всем уважении, судя по досье вашей сестры, это не первый инцидент такого масштаба.
— Инцидент, — процедила Астрид. У нее болела голова. Ей хотелось обнять Ману, увести отсюда.
Ману закрыла лицо руками, свет от фонарика слепил ее.
