Глухой хлопок заставил проснуться, оторвать голову от подушки и вслушаться в зарождающуюся суету над головой. Что-то произошло на верхней палубе.
Подстёгнутый тревожным предчувствием, выпрыгнул из тёплой койки, быстро оделся, по привычке прихватил свои немногочисленные пожитки, распахнул дверь и выглянул наружу. Желудок ворохнулся, дирижабль резко пошёл на снижение. Понятно, серьёзная у нас авария. На сканере чисто, пассажиры только начинают просыпаться, пока никакой тревоги и паники на нашей палубе не вижу. А сверху доносится приглушённая перекрытием заполошная суета. Быстрым шагом дошёл до трапа, поднялся на пролёт, выше не стал, высунул голову и огляделся.
Да что же это такое делается! Опять эти проклятые накопители!
Кто тут посвободнее? Окончательно выбрался на палубу, нашёл взглядом капитана, подошёл к нему и остановился рядом. Молча. Нечего человека отвлекать, а я лучше послушаю, о чём разговор, может, что и пойму. Он хоть и стоит вроде как ни при чём, но на самом-то деле всем процессом и командует. От одного его монументального вида команда успокаивается.
– Вячеслав, шёл бы ты отсюда, не до тебя сейчас, – быстро проговорил капитан, с напряжением вглядываясь в копошащихся у накопителей людей. И тут же забыл про меня.
Я отошёл к переборке, прислонился, всмотрелся в рабочую суету. Понятно. Взрыв разрушил почти все накопители энергии, остались два работоспособных, но их мощности ни на что не хватает. Тут уже не до движения, купол бы от схлопывания удержать. Сложится он, и падать нам тогда вниз до самой матушки-земли. О, принесли ещё один резервный. Есть у них запас на непредвиденный аварийный случай! Может, продержимся? И, словно услышав мой вопрос, подскочил механик, доложился капитану. Не продержимся. Вместе с накопителями и улавливатели-зарядники энергии накрылись. Даже при всех отключённых потребителях один лишь купол на себя много берёт. Слишком большой расход. Снизиться не успеем, будем падать.
А что это я стою? Обошёл капитана с механиком, встал рядом с накопителями, расталкивая убирающих обломки матросов, сосредоточился. Если на своём кораблике у меня получалось заряжать накопители, то почему бы не попробовать на дирижабле? Единственная беда, что рядом нет энергетических линий. Там-то я поступал просто. Останавливался поблизости от такой и просто перекачивал энергию, работал переходником, так сказать. А здесь придётся свою отдавать.
В спину прилетел резкий вопрос:
– Ты что собираешься делать?
Не отвечая, прикрыл глаза, потянулся вперёд энергетическими жгутами, коснулся контактов огромных накопителей, сосредоточился – какой слабенький заряд остался. Точно, прав механик – долго не продержимся, счёт даже не на минуты идёт. Начал понемногу вливать энергию. Открыл глаза и обернулся, не прерывая процесса.
– Капитан, плавно снижайтесь. Долго не продержусь, энергия кончится. А так небольшой шанс есть.
И отвернулся, не слушая раздавшихся отрывистых команд, быстрого топота ног за спиной, изменившегося дифферента дирижабля. Начали скорее снижаться, это правильно. Уши заложило. Словно через плотную вату пробились панические вопли пассажиров. Проснулись окончательно.
Осталось только продержаться. И отдавать всю энергию до донышка нельзя, мало ли для чего она может потом понадобиться? Эх, ни одного природного канала поблизости не вижу. Сигналку долой, сканер на минимум.
От резкого снижения желудок предательски упёрся в горло, ноги чуть оторвались от пола, завис на какое-то время, крепко вцепившись жгутами в контакты. В заложенные уши надоедливым комариным писком ввинчивается еле слышный женский визг. Где этот старпом, дамский угодник? Его работа панику прекратить, с пассажирками разобраться! Инстинктивно сглотнул скопившуюся во рту слюну, в ушах болезненно щёлкнуло, звуки стали громче и резче.
