Псайкер. Путь изгоя полностью

Я неправильно использую своё пламя. Слишком открыто, бездумно, предсказуемо. На поле боя меня можно прочесть, словно открытую книгу. Как там говорил наставник Кайлус? Существует высшая форма пиромантии, коей овладевает лишь один из сотни, — бесконтактная. Создание пламени в любой точке в определенном радиусе вокруг себя без визуального контакта. В школе мне запрещали пробовать бесконтактную пиромантию из-за проблем с контролем, однако она однозначно пригодится мне в грядущих битвах. Нужно ею овладеть.

Он сконцентрировался, создал в голове образ их каюты и дальний угол, где никто не стоял и ничего не было. Ну же, огонь, подчинись! Явись мне! Однако результата не было.

Верно…это потому что я слишком устал из-за этой Бури. Мне нужно хорошенько поесть и выспаться, только уже без этих надоевших кошмаров, подтачивающих меня уже третий месяц к ряду. Только вот боюсь, что пока что это невозможно.

Внезапно его разум словно пронзили остро наточенным мечом. Юноша вскочил с места и так стремительно, как мог, побежал к выходу.

— Руксус? — раздался сзади удивлённый голос Альберта. — Руксус! Что случилось, брат?..

Однако тот его уже не слышал, а бежал прямо по коридору, надеясь успеть. Полностью охваченный нахлынувшим на него предчувствием, он напрочь забыл о том, что их коридор стерегут охранники. Один из них цепкой хваткой вцепился в его рукав.

— Эй, ты это куда несёшься?

— Пусти! — первым же рывком Руксус едва не вырвался из чужой хватки. — Я должен успеть! Ты меня задерживаешь, идиот!!

— Успеть куда? Следи за языком, чертов мутант, и не брыкайся!..

Юноша-таки вырвался, и прежде чем унестись в коридор, небрежно бросил:

— Весь этот корабль в опасности!.. Я успею, я обязан!..

Словно в такт его словам раздалась сирена, и механический, лишённый эмоций голос монотонно произнёс:

— Всему экипажу, внимание, угроза прорыва поля Геллера. Повторяю, угроза прорыва поля Геллера.

Ламерт возвращался с обеда вместе с Сафолком и Дециусом, когда по всему кораблю внезапно заревела сирена, и чей-то женский голос предупредил о том, чего каждый во флоте боялся вот уже несколько месяцев.

— Вот здорово…а нам-то что делать? — спросил поражённый Дециус.

— Без понятия, — Ламерт, как и остальные, старался оставаться спокойным, не сеять ненужную панику. — Но давайте вернемся в каюту, а?

Кругом вперемешку суетились имперские гвардейцы и бойцы Флота, — последние выглядели более сосредоточенными и спокойными, насколько это вообще было возможно в подобной ситуации. На их лицах читались решительность и понимание того, что надо делать. Ламерт решил окликнуть одного из них.

— Эй, слушай, парень, а нам, простым солдатам, что нужно делать?

Бородатый крепко сложенный мужчина со знаками отличия младшего офицера смерил его коротким оценивающим взглядом.

— Не мешаться под ногами и молиться Императору, сынок.

— Так…а может, нам вернуться к себе?

— Делай что угодно, только не мешай!

Они побежали в жилой отсек, прорываясь сквозь группы суетящихся людей и стараясь не потерять друг друга из виду. В такой суматохе упасть и оказаться затоптанным — проще простого.

Впереди уже маячил знакомый им коридор. Еще один поворот, и они будут у себя, но в безопасности ли? Мысленно Ламерт уже предполагал худшее и прощался с жизнью. Чувствовать собственную тотальную беспомощность для него, солдата, оказалось крайне неприятно.

Впереди показалась крепко сбитая фигура Микаэля, их сослуживца, с которым Ламерт неплохо общался время от времени:

— Эй, ребята, давайте к нам, живее! Офицеры приказали…

Мир с громким хлопком словно затрещал по швам, и пространство между ними охватили разноцветные, пёстрые потоки ревущей энергии. Спустя пару мгновений из них появились они — бесконечно уродливые, отвратительные и ужасающие Нерождённые.

Микаэль погиб на месте, эфемерная уродливая тварь размером с космодесантника легким движением лапы оторвала ему голову. Сзади раздались душераздирающие крики: издавая странные прерывистые звуки, очень отдаленно похожие на нормальный человеческий смех, демоны с энтузиазмом принялись убивать каждого, кто попадался им на пути. Будто в ответ их дьявольскому смеху послышалась отчаянная стрельба.