Веридекс, похоже, сильно нахмурился. Он всегда это делал, когда размышлял.
– Будущее туманно и не подвластно моему взору, брат-магистр. Я вижу только, что нас окутывает красный дым, но не более того. Он словно пожар, идущий от нашего потерянного дома. Подозреваю, что это знак того, что мы должны задохнуться в нём, Магистр. Мы разделим участь крепости наших предков.
Раум вызывающе усмехнулся.
– Ты же не веришь в это всерьёз, брат-капеллан?
– Нет, – похоже, Веридекс тоже улыбался. – Не верю. Многим видениям можно действовать наперекор. Может, нас всех и ждет смерть на полях Атоллы, но точно не забвение. О последнем бое Ордена Непреклонных так или иначе сложат легенды. Кажется, я занял слишком много твоего времени, Ярость Железа. Тебя ждут твои капитаны.
За его спиной действительно ждали те, кто остался. Он посмотрел в лицо каждому, тем более что они стояли ровно по порядку своих рот.
Крайним справа стоял Вик Дуадан, командир пятой Роты. Как всегда молчаливый, верный, исполнительный. Ему Раум всегда доверял безоговорочно. Следующим шёл Борос, не менее верный и исполнительный, чем Вик, но более импульсивный. Ещё левее готовил к бою болтер капитан Маркус по прозвищу Стальная Длань. Аугметическая правая рука, работа настоящего мастера, двигалась, словно живая. Среди всех старших офицеров Ордена он был, пожалуй, самым расчётливым, никогда не действовал сгоряча. У него внимательный глаз и острый ум. И наконец, последний, капитан второй Роты, Гизар, в своем военном мастерстве уступавший лишь самому Магистру. Раум постарался получше запомнить их лица, ведь сегодня, возможно, их последний бой. Тем не менее, в их взглядах магистр видел то, чего хотел – ненависть, гнев и жажду мщения, даже глаза обычно спокойного Маркуса кипели желанием поскорее вступить в бой. Он вторым увидел ярко-оранжевые, дымные следы в небе.
– А, вот они, наконец-то. А то мы уже заждались. – Стальная Длань уверенным, отточенным движением вогнал магазин в болтер.
– Ублюдки явились добить нас, но мы ещё пустим им кровь. Немало их поляжет сегодня, – почти прорычал Борос, вставая. В левой его руке сверкнул изящный, но простой силовой клинок. – Наш дом будет отомщён.
Гизар встал бок о бок с братьями. Его голову уже закрывал шлем.
– Во имя Горгона и во славу Медузы, – раздался ровный, глубокий голос капитана второй Роты. – Веди нас в бой, Магистр.
Промолчал только Вик Дуадан, однако весь его вид говорил о том, что он тоже готов к бою. Раум кивнул.
– По местам, братья мои. Защищайте артиллерию любой ценой, прикрывайте раненных и покажите Врагу всю глубину нашего гнева. Сегодня сыны Горгона покажут, что даже малым числом они могут сеять вокруг себя смерть, ужас и праведное возмездие.
Вечные Стражи тоже видели приближение десантных капсул. Брат-капеллан Аксиларий, держащий кроизус арканум в правой руке, хлопнул Чемпиона Императора по плечу:
– Кериллан, пора.
У них ещё было немного времени, и капеллан в очередной раз с неким пренебрежительным интересом наблюдал за ритуалом своего друга. Чемпион сидел, храня свой меч на сложенных коленях. Шлем лежал рядом, на небольшом камне, по соседству с небольшой мраморной статуэткой Владыки. Снег медленно опадал на неё,придавая ещё более белоснежный оттенок.
– Ты же не молишься Ему, верно?
– Ты уже спрашивал это, брат-капеллан, – с улыбкой ответил Кериллан. – Я не молюсь, но Он все же величайший воин, которого знала Галактика. Как Его слуга и тоже воин, я прошу Его только не лишать Своей милости, благодаря которой я до сих пор жив, и об прощении, если меня все же постигнет неудача.